Читаем Империя мертвецов полностью

«Не двигайтесь!» – как бы писал он. Видимо, Адали тоже это прочла, потому подняла руки, отбросивший пистолет Батлер – за ней. Немного поколебавшись, и я последовал их примеру. Если это не Адали перехватила над Пятницей управление, то либо он пишет сам, либо через него – То Самое. Барнаби пристально посмотрел на нас, но сам исключительно для виду приподнял руки на уровень груди, не выше.

Под сводами храма все еще шатались лишившиеся инструкций мертвецы. Мне казалось, что Адали или То Самое могут одним мановением избавиться от всего этого предполагаемого Лунного общества, но не похоже, чтобы они намеревались что-то делать. Противник затаился в роще, и сколько их там – неясно, да и по одним только прожекторам понятно, что вооружены эти люди по последнему слову техники. Впрочем, по недавнему бою я бы сказал, что шансы на победу точно есть.

Щурясь от яркого света, который лился на То Самое, я пробормотал:

– Чарльз Дарвин… Из рода Дарвинов.

Человек из Лунного общества никак не мог услышать меня со своего места. То Самое, как будто пучки света его связали, отвернулся от нас и замер с поднятыми над головой руками. Заметно прихрамывая, но сохраняя достоинство, новый участник сцены приблизился к нам. Жаль признавать – ведь он так старался, – но рядом с величественной осанкой Того он выглядел лишь заискивающим вассалом. Пока я увлеченно следил за разворачивающейся сценой, из-за моей спины заговорил Барнаби:

– Чарльз Дарвин. Тысяча восемьсот девятого года рождения, объехал свет со второй экспедицией «Бигля». Натуралист-любитель. Официальных заслуг не имеет. Бертильонажа нет. После возвращения «Бигля» данных о местонахождении нет.

Он говорил таким монотонным голосом, что я догадался, что он считывает информацию по воображаемой прописи Пятницы. Вряд ли тот все это пишет по указке Того, скорее, услышал мои слова и воспринял их как поисковой запрос.

Разумеется, я знал этот род. Не титулованный официально, но определенно очень знаменитый. Поколение за поколением – сплошь чудаки, но они оказали гигантское влияние на британское естествознание. Эразма Дарвина, это позапрошлое поколение, считают предтечей Уоллеса в вопросах эволюции, и именно он привнес в биологию само это понятие. Только, в отличие от Уоллеса, он базировал теорию эволюции не на случайных изменениях, а на предопределенных векторах развития, и его идеи не выдержали проверки временем. В предыдущем поколении отличился Роберт Дарвин, он, насколько я помню, состоял врачом в Лондонском королевском обществе. О том, что у него есть сын по имени Чарльз, я слышал впервые, но, с другой стороны, я никогда не интересовался их родословной.

– Дарвин, – повторил я.

– Эразм Дарвин учредил в Бирмингеме так называемое Лунное общество. – Тут Барнаби отвлекся от зачитывания и начал рассказывать сам. – С виду это был такой клуб ученых для обмена опытом. Там состояли Ватт и Болтон, которые сделали паровой двигатель, Баскервилл, который вдохновил Мёрдока на создание газового освещения, керамист Веджвуд и им подобные. Веджвуд вообще прославился на весь мир благодаря стандартизированному массовому производству, а его он как раз и наладил с помощью этого общества.

Человек из Лунного общества подошел к тому, кого назвал Чарльзом Дарвином, что-то ему сказал и вытащил наручники. То Самое медленно опустил свои огромные руки. Если он собирался оказывать сопротивление, то лучшего момента не сыскать. Но он даже не попытался.

– И когда его основали? – спросил я.

Барнаби ответил не сразу, но потом зачитал: «В 1765-м».

Как только наручники замкнулись вокруг запястий Чудовища, человек из Лунного общества вздохнул с явным облегчением. Он крикнул в сторону рощи, чтобы подавали экипаж. У меня поднятые руки порядочно налились свинцом, так что я стал их потихоньку опускать. Покалеченный мужчина бросил на меня ровно один взгляд, но ничего не сказал. Я, массируя плечи, спросил:

– В каком смысле «был»?

– Общество давно закрылось, – ответил Барнаби мне в спину, одновременно, кажется, поднимая нашего мертвеца с пола. – Пятница говорит, что в 1813 году. Шестьдесят лет назад дело было. Ничего удивительного, что ты не слышал.

– А ты тогда откуда знаешь?

Ладно еще Пятница, ему в голову напихали всего подряд и я, и секция Q, но у Барнаби круг интересов оказался тоже каким-то непредсказуемым.

– Да их же поглотил научный отдел Уолсингема. Они теперь секция Q. Там, кажется, были какие-то трения, но это все равно уже давняя история. Ясное дело, что я почитал про организацию, которая села нам на хвост, это же элементарно. Иногда ты такой салага.

Я пропустил мимо ушей его запоздалое нравоучение, зато у меня в голове завихрились даты.

– Пятница, выпиши года следующих событий…

Я принялся перечислять, а Пятница, повернув голову ко мне, чертил в воздухе цифры. Я их запоминал и выстраивал в голове правильную последовательность. Сосредоточился на том, чтобы углядеть суть за рядами чисел…