Читаем Иллюзион полностью

Одна деталь оказалась во всем этом бардаке приятной. Была у меня занавеска с вышитыми на ней мультперсонажами — ну да, я фанат Винни-Пуха, а что тут такого? — которая висела на стене и всегда казалась мне несколько слащавой — розовый поросенок со щечками-булочками, одетый в клетчатые штанишки на помочах, и задумчивый отстраненный медвежонок с бочонком меда под мышкой и воздушным шариком выглядели уж больно по-детски. Так вот теперь я увидел на стене прикольный плакат, изображавший панка Пятачка с зеленым ирокезом на голове и металлиста Винни в клепаной косухе и кожаном берете; друзья, размахивая бутылками, в обнимку пересекали по подвесному мосту бурлящую реку, по которой плыл копытами кверху с цветочком в зубах ослик Иа.

Я усмехнулся. В свое время подобные плакаты продавались на каждом шагу с типовым набором персонажей — панк Леголас и рэпер Гимли, металлистка Тринити и панк Нео, рэперша Лея и хиппи Хан Соло. Ну и мультикам досталось, всем достаточно популярным персонажам. Но вот повесить дома такой хулиганский плакатик я не решался, боясь не угодить вкусам родственников. Да что там скрывать — и «Металлику» я слушал тайком, через наушники плейера, вместо того чтобы поколебать басами саундтреков основание старой квартиры, благо аудиосистема позволяла оттянуться всласть. Так и прошла юность, в нерастраченных мечтах и невыполненных желаниях.

Я встал, еще раз обошел комнату и спросил самого себя: «Ну и что?» Логика подсказывала позвать кого-нибудь на помощь, сопоставить впечатления — вдруг это групповая галлюцинация окажется, а не сольное сумасшествие? Потом я вспомнил про модуль, который загружал днем. А что, если и сейчас я нахожусь в подобном модуле? Тогда вся обстановка вокруг меня, вместе с людьми, будет лишь имитацией. Но у любого модуля есть метка, лейбл. Надо только скосить глаза, и в углу зрения...

Через пять минут голова у меня заболела с удвоенной силой от попыток разглядеть прятавшуюся вне поля зрения отметку. Кто сказал, что она там есть? В хакерских модулях, говорят, нет никаких отметок. Вдруг я случайно попал в такой модуль? Может, это и есть тот самый вирус? Меня забила нервная дрожь.

Неожиданно я заметил в углу комнаты какую-то человекоподобную тень. В другое время я испугался бы, но сейчас, полагая, что нахожусь в компьютерной программе, даже обрадовался.

— Эй, кто там?

Тень выступила из угла, и мне опять сделалось нехорошо. Вокруг нее падали листья. Сухие желтые листья, которые возникали где-то на уровне головы, плавно вальсировали к полу и проваливались сквозь него, с мультипликационной небрежностью теряя реалистичность в момент контакта. Я онемел — такого «кривого» взаимодействия реальности и компьютерной программы я еще не видел.

— Ты кто? — произнес я хрипло, чувствуя, что покрываюсь гусиной кожей.

— А ты кто? — раздался голос, принадлежащий мужчине средних лет, низкий и сильный.

Я подумал о бегстве, но тень отрезала единственный выход из помещения. Выпрыгивать в окно с четвертого этажа не очень хотелось.

— Я вообще-то здесь живу, — сказал я. — Так что вы вторглись в мою квартиру, а это противозаконно.

Тень издала смешок. Она приблизилась, и я с ужасом увидел, что она просто нарисована. Небрежный карандашный набросок, штрихованный силуэт, который совершенно естественно смотрелся бы на бумаге. Но посреди комнаты, стоя в человеческий рост, окруженный такими же нарисованными листьями, которые нагло проваливались сквозь совершенно реальный пол, — он даже не пугал, он вынуждал просто цепенеть от фатального сбоя системы логического анализа, которая заставляет людей подвисать не хуже компьютеров.

— Добро пожаловать в реальный мир, — сказала тень насмешливо. — Все, что ты видел до этого, было сном, а теперь ты наконец проснулся.

Ко мне протянулась нарисованная рука — я отшатнулся, но не успел отскочить. Пальцы схватили Мое запястье, второй рукой я попытался оттолкнуть тень и попал в двойной захват. Я с ужасом уставился на лишенное плоти существо, которое держало меня. Мозг по-прежнему буксовал, отказываясь признавать происходящее реальностью или чем-то еще. А тень начала таять.

Она стекала с человека как жидкая грязь, которую смывает струя воды, как слезают лохмотья сажи под дуновением ветра, как опадает сумрак под лучами света. Передо мной стоял человек — обычный человек, столь же реальный, как и я сам. И я сразу понял, что это все-таки реальность и что в мой дом проник злоумышленник.

— Отпустите меня, или я вызову полицию! — крикнул я. — Квартира под наблюдением! Вас арестуют через две минуты!

Человек отпустил меня и отошел к дверям.

— Если бы я хотел причинить тебе вред, скажем, ограбить, я не стал бы разговаривать. Просто связал бы, пока ты лежал в отключке. Можешь мне поверить, у меня нет дурных намерений.

— Тогда что ты делаешь в моей квартире? — спросил я, слегка успокаиваясь, но ища взглядом телефон (он стоял на журнальном столике, такое убожество — диск вместо кнопок, я и номер-то на нем набрать не смогу с первой попытки). — И кстати, я долго был без сознания? И как ты вошел? Я что, дверь не запер?