Читаем Илья Муромец полностью

Судя по всему, более благополучно складывались отношения Аттилы с Илиасом, ярлом Греции. По крайней мере, Илиас отправил к Аттиле в качестве заложницы свою семилетнюю дочь Гильдигунду. В это время у конунга Гуналанда гостил четырнадцатилетний Вальтарий из Васкастейна — племянник Эрминрика, конунга Апулии и друга Аттилы. Прожив в Сузе пять лет, Гильдигунда и Вальтарий, полюбившие друг друга, решили вместе бежать. Инициатором выступил Вальтарий, уговаривавший девушку следующим образом: «Долго ли быть тебе служанкой королевы Эрки, и было бы лучше, если бы ты поехала со мной домой к моим родичам». И еще: «Госпожа, ты дочь ярла Илиаса Греческого, и дядя тебе по отцу Озантрикс, конунг вилькинов, и другой в великой Руси, а я племянник по сестре Эрминрика, конунга Римского, а другой мой родич Тидрек, конунг Бернский; зачем же мне служить конунгу Аттиле? Сделай лучше так, поезжай со мной домой, и как я расположен к тебе, так да будет Бог милостив ко мне».{369} И в итоге — уговорил. По совету возлюбленного девушка прихватила с собой из сокровищницы своей кузины Эрки «столько золота, сколько только могла взять обеими руками». Аттила послал за ними в погоню 12 рыцарей, приказав привезти ему украденные ценности и голову Вальтария. Когда же они настигли беглецов, Вальтарий не растерялся, надел шлем, взял в руки меч и уложил в поединке 11 рыцарей (один спасся бегством). И хотя победитель был весь изранен, молодые люди благополучно переправились через горы и добрались до владений Эрминрика.

В конце концов бесконечная война с Озантриксом надоела Аттиле, и он решил положить ей предел, окончательно разгромив противника. Единственным способом для этого было получить поддержку знаменитого и непобедимого Тидрека (или Дитриха), конунга Бернского, главного героя «Тидрек-саги». Тидрек охотно пришел на помощь другу и привел с собой 500 рыцарей — все бывалые, молодец к молодцу. Соединив силы, Аттила и Тидрек вторглись в Вилькинланд и принялись грабить и убивать, жечь города и деревни. Озантрикс собрал войско и выступил навстречу врагу. В разыгравшемся ожесточенном сражении вилькины были разгромлены, Озантрикс бежал. Правда, участвовавшему в битве Гертниту, сыну Илиаса Греческого, удалось захватить в плен одного из рыцарей Тидрека — Видгу, которого оглушил палицей Видольф Миттумстанги. Друзья Видги — рыцарь Вильдивер и скоморох Изунг отправились во владения Озантрикса выручать его из темницы. По пути Вильдивер облачился в медвежью шкуру, надев ее поверх брони. Изунг с «медведем» явился к Озантриксу и предложил развлечь конунга пением, игрой на арфе, скрипке, гудке и на всех струнных инструментах. Но особо конунга порадовал медведь, на удивление ловко отплясывавший. Правда, Озантриксу этого показалось мало, и он предложил Изунгу потравить медведя собаками. Скоморох после долгих уговоров согласился, спустили 60 псов, из которых «медведь» сразу расправился с тринадцатью (схватил одну, самую большую собаку, за задние лапы и убил ею еще двенадцать). Озантрикс разозлился, подбежал к медведю и ударил его мечом. К его удивлению, никакого вреда он этим зверю не нанес (меч засел в броне). Тогда медведь-Вильдивер забрал у Изунга меч и снес им голову Озантриксу, а затем убил присутствовавших тут же безоружных братьев-великанов — Видольфа и Авентрода. Думая, что в медведя вселился дьявол, люди начали в панике разбегаться, Видга вырвался из заключения, друзья захватили много золота, серебра и драгоценностей, вскочили на лошадей и умчались к Аттиле, а от него — к Тидреку.

В другом варианте саги о похождениях Вильдивера и Изунга не сообщается. Здесь Тидрек является к Аттиле со своим дядькой — столетним Гильдебрандом и десятью тысячами рыцарей. Близ города Брандинаборг объединенное войско гуннов и Амелунгов (прозвание рода Тидрека) встретилось с вилькинами. Озантрикс, сражавшийся впереди своего воинства, погиб, а люди его разбежались. Новым конунгом Вилькинланда стал сын Озантрикса, которого звали Гертнитом — оригинальностью в выборе имен создатели саги не отличались.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное