Читаем Икона и крест полностью

Они привыкли иметь дело с хорошо вооруженными бандами.

Ту он понизил голос:

— Наши «друзья» такие ярые защитники «прав человека», что Чингисхан по сравнению с ними — настоящая Белоснежка. Хорошо, что полицейские не опоздали.

— Чуть не опоздали, — поправила Зоула. — А если бы?..

— Запасные варианты не рассматривались. Я просто сидел и молился вместе с вами.

— Так когда вы впервые напали на наш след? — спросил я.

— Сразу после «Севильи-ла-Нуэвы». Хондрос сообщил по мобильному своим друганам, что вы у него в руках. Кстати, эти звонки оказались очередным подарком. У них имелось несколько групп, которые прочесывали остров в поисках вас. Всего тридцать человек, в четырех виллах — от Негрила до Сан-Антонио. Полиция Ямайки сейчас отлавливает бандитов по всему острову.

Дебби пока еще трясло, но в ее голосе появилась прежняя решительность:

— Полицейские забрали Подлинный Крест. Сказали, что это вещественное доказательство или что-то в этом роде.

Долтон нахмурился:

— К несчастью, это действительно вещественное доказательство.

— Но они же могут продержать его у себя не один месяц!

— И даже не один год, Дебби. Ямайская судебная система весьма неповоротлива. Мы можем вообще его больше не увидеть.

Он ненадолго задумался.

— Есть мысль… Сейчас попробуем.

Мы пошли вслед за Долтоном в глубину здания, в комнату с надписью «Посторонним вход воспрещен». Там пахло потом, сигаретным дымом и кофе. Полдюжины телефонов звонили не переставая. Через открытую дверь мы увидели, как подъехала машина. Дверца открылась, и оттуда вылез высокопоставленный мутноглазый полицейский, явно не выспавшийся. Входя в комнату, он искоса на меня взглянул. «Глаза навыкате, тяжелые веки… — думал я. — Как же зовут этого человека? Мистер Лизард![25] Другого имени и представить нельзя. Какая прелесть!»

Он тихо беседовал с местным сержантом.

Долтон достал маленькую записную книжку и набрал номер, показав пальцем на два телефона. Одну трубку подняла Дебби, а мы с Зоулой воспользовались другим аппаратом.

Ответил пожилой женский голос:

— Слушаю.

— Будьте добры, я хотел бы поговорить с сэром Джозефом.

— Извините, он спит.

— Не могли бы вы его разбудить?

— Извините, я не расслышала…

— Скажите ему, что это Долтон.

На том конце замолчали. Наконец голос, в котором теперь слышался холодок, ответил:

— Минуточку…

Послышались приближающиеся и удаляющиеся шаги. Трубку взял сэр Джозеф:

— Долтон? Она у вас?

— И да, и нет, сэр Джозеф. Я звоню вам из полицейского участка. Мы в ямайской глубинке. Нашу находку полиция забрала как вещественное доказательство. Мы можем увидеть ее только годы спустя, если вообще когда-нибудь увидим.

— А балканские друзья?..

— По уши в этом самом… Семеро мертвы, остальных сейчас арестовывают по всему острову.

— Я попытаюсь выйти на министра иностранных дел. Где именно вы находитесь?

— В населенном пункте под названием Богуок.

— Держитесь. При общении с местной полицией старайтесь сообщать как можно меньше. Про икону ничего им не рассказывайте. Если я не смогу связаться с министром, боюсь, вас ждет долгая ночь…

Мистер Лизард продолжал на меня коситься. Потом что-то буркнул сержанту. Тот нервно облизал губы.

— Почему вы пользуетесь служебным телефоном, сэр? — спросил, подойдя, сержант.

Я положил трубку и пожал плечами.

— Будьте добры следовать за мной, — сказал полицейский.

— С какой целью вы прибыли на Ямайку?

Он решил обойтись без всех этих «вы имеете право…».

— По делу.

Комната для допросов была не больше кладовки.

Почти все пространство в ней занимал маленький квадратный столик и четыре стула. Я отпил кофе, едва теплый и безвкусный.

— О каком именно деле вы говорите?

— Искал кое-что для моего клиента.

— Черт побери, мистер Блейк! — потерял терпение сержант. — Отвечайте на вопросы как положено! Что конкретно вы искали?

— Принадлежащую семье клиента ценность, которая, по его предположениям, находилась на Ямайке.

— Какую ценность? — заорал сержант.

Возможно, он хотел произвести впечатление на старшего по званию.

— Просто старинную вещь.

В какое-то мгновение мне показалось, что он полезет драться. Мистер Лизард не дал ему продолжить.

Он закурил маленькую сигару и сказал:

— Мистер Блейк, позвольте, я обрисую вам ситуацию. Нам позвонили из Англии — из вашей специальной службы — и сообщили, что вас держат у себя вооруженные бандиты. Нам сообщили даже, где именно.

Мы вызволили вас, рискуя жизнью своих людей. У меня на руках семь трупов. Вы же не думаете, что теперь просто встанете и пойдете по своим делам?

— Конечно, я так не думаю.

— Я очень рад достигнутому взаимопониманию. «Международная амнистия» уже дышит нам в затылок, так как мы, по мнению некоторых, склонны нарушать права человека — когда попадаем под обстрел.

Что я скажу комиссару полиции? Что весь этот сыр-бор — из-за куска дерева на столе? Теперь нам придет ся выяснить, кем были те люди, что они хотели и откуда взялись. Помогите мне во всем разобраться, мистер Блейк.

Он говорил разумные вещи, изъяснялся вежливо, даже изысканно. Я не знал, как теперь себя вести.