Читаем Иисус полностью

Прекрасное слово для Бога и Его заботы о людях - пастырь. "Господь - Пастырь мой! я ни в чем не буду нуждаться", - пел Давид (Пс. 23:1). Пс. 79:2 гласит: "Пастырь Израиля! внемли; водящий, как овец, Иосифа". Быт. 49:24 называет Бога "Пастырь и твердыня Израилева". Иезекииль посвящает главу Богу как "пастырю" заблудшего дома Израилева, овец пастбища Его (Иезек: 34).

Хотя употребление слова "пастырь" не доказывает Божественности Христа, ап. Павел и автор послания к евреям заходят настолько далеко, что называют Христа "Пастыреначальник", "Пастырь овец великий" и "Пастырь и блюститель" (1 Петр. 5:4; Евр. 13:20); 1 Петр. 2:25). Сам Иисус также называл Себя "пастырем", утверждая, что Он "пастырь добрый" (Иоан. 10:11), один Пастырь (Иоан. 10:16).

Творец

Первый стих Библии гласит: "В начале сотворил Бог небо и землю" (Быт. 1:1). Бог четко определяется как творец. Сказать другое было бы для евреев богохульством. Вновь и вновь повторяется, что Бог сотворил мир (Иов. 33:4; Пс. 94:5, 6; 101:26; Екклес. 12:1; Исаия 40:28).

Новый Завет утверждает Божественность Христа, говоря о Нем как о творце:

"Оно [Слово - Христос] было в начале у Бога. Все через Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть... В мире [Он] - был, и мир чрез Него начал быть, и мир Е г о не познал" (Иоан. 1:2, 3,10).

Цепочка согласованных местоимений дает понять, что лицо, о Котором идет речь, - Иисус.

Павел выражал ту же мысль:

"Ибо Им (Иисусом) создано все, что на небесах и что на земле, видимое и невидимое: престолы ли, господства ли, начальства ли, власти ли, - все Ими для Него создано; и О н есть прежде всего, и все И м стоит. И Он есть глава тела церкви; Он начаток, первенец из мертвых, дабы иметь Ему во всем первенство..." (Колос. 1:16-18).

Текст показывает, что Павел писал об Иисусе. Согласованные местоимения относятся лишь к одному лицу. Они говорят о лице. Которым "создано все". Которое "глава церкви", "начаток" и "первенец из мертвых". Согласно Ефес. 5:23, Иоан. 1:1 и 1 Коринф. 15:20, Иисус был всем этим.

То же подчеркивает и автор послания к Евреям. "Бог в последние дни сии говорил нам в Сыне, которого поставил наследником всего, чрез которого и веки сотворил" (Евр. 1:1, 2). В той же главе, поскольку речь идет по-прежнему о "Сыне", автор продолжает утверждать: "в начале Ты, Господи, основал землю, и небеса - дело рук Твоих" (Евр. 1:10).

Льюис Сперри Чейфер утверждает:

"Сам по себе акт творения - несравненное предприятие. Творя материальные предметы, Бог вызывал их к существованию из ничего. Мы отнюдь не имеем в виду, что пустота порождала материю. Очевидно, что само по себе из ничего возникнуть ничто не может. Библия утверждает, что все вызвано к существованию из неисчерпаемых источников Бога. Он Источник всего, что есть. Самоопределяющаяся воля Бога создала материальную вселенную, как установлено в послании к Римлянам, 11:36: "Ибо все из Него, Им и к нему. Ему слава во веки..." В этом отрывке сотворение всего приписано Богу; но в Колос. 1:16-17 в тех же общих терминах утверждается, что все сотворено Христом и для Него, что Он прежде всех вещей и что Им сотворено все". [Льюис Сперри Чейфер. Систематическое богословие. Т. 5. Даллас. Dallas Seminary Press, 1948, с. 23.]

Дающий жизнь

Венцом творения было, когда Бог "создал... человека и вдунул в лице его дыхание жизни" (Быт. 2:7). Во Второзак. 32:39 после слов "нет Бога, кроме Меня", - Бог сказал: "Я оживляю" (ср. Пс. 35:10).

Иисус сказал: "Ибо как Отец оживляет мертвых и живых, так и сын оживляет, кого хочет" (Иоан. 5:21). Как раз перед тем, как воскресить Лазаря из мертвых, Иисус сказал: "Я есмь воскресение и жизнь" (Иоан. 11:25). Более того. Он сказал: "...Я даю им жизнь вечную, и не погибнут вовек; и никто не похитит их из руки Моей... Я и Отец одно" (Иоан. 10:28-30). Иисус сказал (имея в виду Ветхий Завет), что Писания "свидетельствуют о Мне. Но вы не хотите придти ко Мне, чтобы иметь жизнь" (Иоан. 5:39, 40).

Отпускающий грехи

Бог - Тот, Кто прощает "вину, преступление и грех" (Исход. 34:7; см. тж. Неем. 9:17; Пс. 85:5; 129:4; Исаия 55:7; Иерем. 31:34; Дан. 9:9; Иона 4:2). Иисус, Бог Сын может отпускать грех. Колос. 2:13 и 3:13 говорят об Иисусе как о прощающем преступление. Иисус сказал Павлу, что "прощение грехов" обретается "верою в Меня" (Деян. 26:18).

Перейти на страницу:

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука