Читаем Иисус и Ессеи полностью

Мне не импонировали традиционные методы индукции транса. Я считала, что они требуют слишком много времени и утомительны как для субъекта (гипнотизируемого), так и для оператора (гипнотизирующего). Эти методики включали множество тестов для определения глубины транса. Я всегда подозревала, что большинство людей неосознанно противятся всяческим тестам. Их столько лет экзаменуют в школе, что они начинают сопротивляться, когда им кажется, будто они должны держать экзамен. Когда они занимают оборонительную позицию, им трудно расслабиться. Тесты применяются для оценки глубины транса из-за ошибочного убеждения, будто это как-то связано со способностью достигать бессознательного. Было доказано, что это неверно. Люди впадают в гипнотическое состояние много раз на дню — и даже не осознают этого. Они ожидают, что оно будет совершенно отличным от того абсолютно естественного состояния, каким оно есть на самом деле.

Как минимум дважды в сутки каждый проходит через глубочайшее из возможных состояние транса. Это случается, когда мы засыпаем ночью и непосредственно перед полным пробуждением поутру. Было доказано, что, когда мы смотрим телевизор и сюжет полностью нас захватывает, мы входим в измененное состояние сознания. Это многократно происходит и во время поездки по однообразному участку дороги, при прослушивании скучной проповеди или лекции. Мы все очень легко входим в измененные состояния сознания, и большинство людей были бы в шоке, узнай они, что пребывали в загипнотизированном состоянии, сами того не зная.

Я чувствовала, что должен найтись способ более быстрого и легкого погружения в транс для целей регрессии, — способ, при котором можно воспользоваться этим естественно наступающим состоянием. Я изучила современные техники и обнаружила, что и вправду существует множество более быстрых и простых методов. В наше время эти методы применяют врачи, чтобы контролировать боль. Эти методики задействуют в основном области мозга, ответственные за визуализацию, делая возможным участие субъекта, в процессе через применение управляемого воображения. Я на ходу придумала удачный метод и приступила к экспериментам в 1979 г. Я без труда нашла добровольцев, поскольку, кажется, интерес к философской идее реинкарнации существует, — пусть даже он и основывается на простом любопытстве.

Критики утверждают, что гипнотизер приказывает субъекту отправиться в прошлую жизнь, и воспоминания о ней являются результатом желания субъекта сделать приятное гипнотизеру. Моя техника в значительной степени предполагает отсутствие внушения. При обычных обстоятельствах я никогда не приказываю им куда-либо отправляться. Все происходит спонтанно.

Я собиралась отнестись к своему методу как к научному эксперименту и проверить, возможно ли его повторить. Применить его я собиралась к максимально возможному числу различных типов людей. Если бы удалось получить одинаковые результаты, я бы считала, что это доказывает обоснованность теории реинкарнации. Несмотря на мои попытки сохранить объективность, было трудно оставаться совершенно безучастной, когда оказалось, что девяносто пять процентов тех, кого я гипнотизировала, следовали одной и той же схеме — возвращались в прошлую жизнь и подтверждали рассказы друг друга. Мне говорили, что этому, помимо реинкарнации, могут быть и иные объяснения. Это, разумеется, возможно. Но мои исследования приводят меня к убеждению, что участники исследования припоминают действительные события из своего прошлого. По мере того как я возвращала в прошлое все больше и больше людей, я убеждалась, что мой метод работал применительно к разным людям, даже к необразованным и скептически настроенным. При этом испытуемые нередко не верили в прошлые жизни или даже не понимали, что я делала. И все же результаты были одинаковыми.

Как и другие специалисты, исследовавшие реинкарнацию, я думала добавить мои данные к растущему массиву материалов, собранных другими. Некоторые исследователи интересуются только статистикой, отражающей количество вспоминающих прошлые жизни людей. Но я люблю людей, поэтому меня интересуют их рассказы. Я предпочитаю работать с человеком индивидуально, а не заниматься групповой регрессией. Только таким путем можно получить целостный рассказ. К тому же в этом случае у руководителя есть больше возможностей предупредить любые травмы, которые могут стать следствием подобных воспоминаний.