По мере того как все большее число пещер расставалось со своими сокровищами, археологи стали задаваться вопросом, как же такое собрание документов оказалось спрятанным в пустыне. Только тогда они наконец начали с интересом присматриваться к развалинам неподалеку от пещер. Вдруг здесь был не просто военный гарнизон, вдруг между свитками и развалинами есть какая-то связь? Первые раскопки зимой 1951 года ничего для подтверждения этой гипотезы не дали. Но в течение 1952 года было окончательно доказано, что своим происхождением свитки действительно обязаны жителям древнего разрушенного поселения, кем бы они ни были.

Кем эти жители могли быть, стало проясняться позже благодаря сочинениям Филона Александрийского, Плиния Старшего и Иосифа Флавия. Все стало на свои места, и Кумран был объявлен родным домом тайного коммунистического сообщества ессеев. В наши дни слово «коммунистический» приобрело несколько иное значение, и по поводу моего употребления этого слова применительно к древней общине возникали вопросы. Ессеи были коммунистическим сообществом в изначальном, можно сказать, чистейшем смысле слова, поскольку они жили единой общиной, сообща владея всем и не нуждаясь в деньгах.

Все, что известно об этих людях сегодня, основано на сочинениях древних авторов и на тех данных, что получены археологами за три года раскопок. Остается еще много неясностей и вопросов. Может быть, наш эксперимент поможет узнать ответы.

Глава 5

Как жила Кумранская община?

Раньше археологи думали, что Кумранская община была религиозным орденом, который состоял из людей, живших по-монашески. Эти люди не могли вписаться в окружающий мир и потому удалялись от него. Ученые полагали, что ессеи жили, придерживаясь строгого распорядка и незыблемых правил. Основываясь на сведениях, полученных от погруженной в глубокий транс Кэти, я попытаюсь показать, что многие соображения ученых относительно этих удивительных людей неверны.

Я свела воедино все сведения, собранные о Кумранской общине, и хочу представить их в одной главе, хотя на самом деле они были добыты в процессе многих сеансов. Кэти часто повторяла одни и те же описания, но в них никогда не было противоречий. Я думаю, что та картина, которую мы увидели глазами Садди, получилась гораздо более живой, чем та, что открыли нам раскопки археологов.

Я была убеждена, что, если я хочу понять Садди, то должна больше знать о его образе жизни и о месте, где он жил. Это было необходимо в особенности потому, что давало представление о тех условиях, в которых Иисус прожил ту часть Своей жизни, которая доныне вызывает больше всего вопросов. Когда я разговаривала с Садди-ребенком, он назвал это место Общиной. Он никогда не называл его иначе. Он не понимал слов «город» или «деревня» и не знал никакого другого месга, кроме Кумрана. Так же это место назвали и археологи, и, по их словам, это не был город.

Садди дал такое описание: «Это место не очень большое, но такое, где много людей. Есть библиотеки, дома и храм. Мы живем на холмах, и нам открывается вид на море. Здания у нас из глины. Они построены из кирпича, с плоскими крышами и все соединены между собой». Он сказал, что у большинства строений стены прилегали к стенам соседних домов.