Читаем Игра (СИ) полностью

Гарри недоуменно моргнул и повернул голову, пытаясь сквозь темноту разглядеть выражение малфоевского лица. Эта фраза прозвучала так странно, словно голос из прошлого. Как будто не было войны, не было этого межфакультетского перемирия, и Малфой снова был все тем же скотиной-Малфоем. И вообще как он смеет так говорить, если только что сам испугался какого-то зомби почти до икоты, а сильные руки до сих пор утешающе лежат у него на плечах. Руки. У него на плечах. Руки того, кто может его защитить.

Гарри с трудом протолкнул в горло горький комок и поспешил отвернуться. Он не будет на это смотреть. Не будет.

Со слизеринской половины послышался громкий смешок, видимо, Гойл решил, что Гарри просто нечем ответить. А Гарри, опустив голову вниз, стиснул зубы, заставляя себя промолчать. Ну что же, все честно: когда-то он считал трусом Малфоя, а тот теперь считает трусом его. Но ведь он даже не знает, через что Гарри пришлось пройти ради всех.

— Эй, вы чего? — Рон возмущенно оглядел слизеринцев. — Вы разве не знаете, что инферналы — это почти что настоящие зомби? А между прочим, Гарри с ними сражался!

По совятне разлетелись насмешливые шепотки — разумеется, Рону никто не поверил.

— А один из них его укусил? Поэтому Поттер такой укушенный? — привстав с места, выкрикнул Захария Смит, который явно попал в “мужской клуб” по ошибке.

— Интересно, он не заразный? — тут же поддержал его Гойл, чьи однотипные шутки всегда были похожи, как сестры.

Гарри коротко выдохнул и резко поднялся, но Рон удержал его за рукав.

— Расскажи им! — потребовал он. — Ну то, что ты рассказывал нам с Гермионой.

Гарри невольно оглянулся на своих оживленных сокурсников и даже в темноте увидел неверящие злые глаза. Глаза, которые он теперь искал всегда и везде. Глаза, которые сейчас смотрели на него с откровенной насмешкой.

— Нечего мне рассказывать, — резко ответил он, стараясь спрятать обиду. — Я ухожу.

Выдернув руку, он неловко переступил через чьи-то длинные ноги и быстро двинулся к выходу. За его спиной раздавались оживленные шепотки, но Гарри их уже почти что не слышал. Воспоминания снова накатывали на него, захлестывая холодной водой, заново пытаясь утопить в мрачной пещере.

Лодку качало волнами, Дамблдор его умолял, а из воды вырастали все новые тени, глядя на Гарри мертвыми пустыми глазницами.

Гарри перехватил горло рукой, унимая спазм тошноты, и ринулся на свежий воздух, пытаясь снова задавить в себе то, что так давно пытался забыть. Подсвечивая Люмосом дорогу, шатаясь, он добрался до ближайшего валуна и упал на него, уперев подбородок в колени.

Огромное озеро, лежащее перед ним, казалось в темноте невразумительным чернильным пятном — не разглядеть где края, и Гарри был почти уверен, что сейчас с его дна начнет подниматься безглазая армия мертвецов.

Летучая мышь, пролетая, коснулась крылом его головы, и Гарри испуганно вздрогнул. Наверное, сейчас было бы правильно пойти в теплый уютный Хогвартс, устроиться рядом с Гермионой на диване в гостиной, где ярко полыхает камин и светятся несгораемые ночники, и пусть бы свет уютных помещений сам собой разогнал эти страхи и тягостные воспоминания. Но после того как его посчитали трусом, и самое главное кто, кто посчитал? — Гарри просто не мог себе это позволить.

Выключив Люмос, он застыл, напряженно вглядываясь в темноту, пытаясь доказать себе, что он не трус. Ведь он почти не боялся тогда. Ну, почти… Безглазые лица, скользкие, омерзительные тела. Множество тел. И Дамблдор — жалкий, отчаявшийся, такой, каким Гарри его никогда в жизни не видел. Мертвецы, выбираясь из воды, окружали их лодку, плотно смыкая кольцо, и в темноте мерзкая серость их разлагающихся лиц проступала особенно явно.

Резкий порыв ветра коснулся его щеки, словно холодная рука с длинными пальцами, и Гарри, снова вздрогнув, резко дернул мантию на себя, подбирая полы поближе. Озеро привычно шуршало, катя на берег мелкие волны, но Гарри казалось, что сейчас среди этих размеренных звуков он слышит чужие шаги.

Обхватив себя руками за плечи, чтобы меньше бояться, он сердито уставился на черную воду. Никакой он не трус, и сейчас он всем это докажет. И им, и себе самому. Назло этим кретинам он просидит здесь у темного озера всю длинную ночь до рассвета, совершенно один и даже без помощи магии. Он смелый, он справится. Просто нужно закрыть глаза и подумать о чем-то другом, спокойном и безопасном. Например, про то, как завтра они с Роном и Гермионой пойдут в Хогсмид, зависнут там, в “Сладком королевстве” или в “Кабаньей голове” за кружечкой теплого эля. Им будет светить солнце, по небу поплывут белые облака…