Читаем Игра. полностью

С невероятной лёгкостью в теле и мокрыми волосами мне предстояло вызвать такси теперь уже в обратную сторону, но, увы, как и можно было ожидать, никто досюда не доезжал. Выхода нет – только идти пешком просто вдоль дороги, периодически приветствуя проезжающих мимо водителей в надежде, что вот он-то и станет моим спасителем. Дорога шла по прямой (хоть на этом спасибо). Меня, в свою очередь, приветствовали дома, правда, не всегда было понятно – храмы это или чьё-то жильё. Пора уже привыкнуть, что островитяне живут в красоте не только природы, но и архитектуры. Я делала фото, снимала видео, поднимала лицо к небу – там не было колющего солнца, но были фигурные облака. Я совсем забыла про время, вернее, забыла переживать про время. Цифры на телефоне продолжали свой марафон, оставалось меньше тридцати минут до занятия! Это точно я? Где-то в тумане облаков всплывают уведомлениями напоминания о детских капризах и нервных переживаниях, когда папа опаздывал с работы, а у меня вот-вот начиналась тренировка. Искривленное лицо, трясущиеся руки, что в тот момент меня вело? «Вези меня скорее!» Папа еле успевал открыть рот, планировав ещё поесть, как только зашёл домой, но моё красное лицо и сбивающийся голос меняли его планы. Всё выходило по-моему. Вот уж действительно маньячное отношение к таймингу. Где сейчас эти крики? Лёгкий ветер, по-прежнему бледно-голубое небо, прекрасно оттеняемое красками балийской архитектуры и пальмами. Время? А что это вообще?

Внезапно рядом остановился мужчина. Прищуренный взгляд узковатых глаз, отпущенная узкой дорожкой бородка – ну точно рыбак. Оказывается, он тоже собирался ехать в Убуд. «Но сначала заедем за женой домой».

Так я и оказалась дома у балийца. Внутренний дворик, личный храм, статуи святых. Выглядит это сочетание как экспозиции в музее. Рядом с входом оказался ещё пруд полный яркими оранжевыми рыбками, как из мультика Немо. Мне предложили чай/кофе, показали территорию, всё в лучших традициях гостеприимства. И мы сделали это самое фото на память, которое сейчас у меня перед глазами.

– Заметила, что Бали – магическое место? – загадочно сказал мне этот мужчина по дороге в город. Из зеркала заднего вида машины на меня смотрели узкие щёлки его раскосых глаз. Я так и не запомнила его имени.

Меня довезли лишь до отеля, где работала жена моего спасителя, и оттуда пришлось срочно вызывать такси. Счёт пошел на минуты. Мой внутренний паникёр резко включился на режиме «максимум». Ох уж эти вечные пробки в таком маленьком городке! Сверяю направление по гугл-карте, второй рукой помогаю себе удерживаться за сиденье байка на крутых поворотах. А потом ещё забег с ускорением на финале пути по дорожке, где байк уже просто бы не проехал. Дыхание окончательно сбилось, когда я наконец-то зашла в Ahimsa – мекку йоги на острове Убуд в закоулках балийских домов. Администратор намекнула, что время моего класса уже началось. «Не по-азиатски», – подумала я. Разгоряченная и раскрасневшаяся от спешки, я заглянула в аудиторию, а там… вот уж чего не ожидала – около пятидесяти пар глаз. Я удивилась, что их так много, а они удивились мне, их йога-учителю – еще не переодетая в лосины и с пушистыми от влажности волосами, которые сохли в пути. Администратор спросила, где моя колонка или шнур для музыки с телефона и, встретив в очередной раз растерянный взгляд (ведь я об этом даже не подумала заранее), отмахнулась рукой: «Проводи так, в тишине». Попытки извиниться за опоздание перед аудиторией, но меня тут же остановила девушка в первом ряду: «Oh, relax… It’s Bali! Nobody cares». Всем всё равно на опоздания, это же Бали. Вот же, теперь узнаю Азию!

Сколько прошло минут от начала класса? Три, пять, десять? Минут, секунд? Я полностью оказалась в процессе, выдумывая последовательность на ходу и расхаживая по залу во время шавасаны, чтобы всем было слышно мой голос. Я люблю зависать в какой-нибудь удобной позе типа баласаны – поза ребёнка, когда сидишь ягодицами на пятках, вытягивая вперёд руки и укладывая на коврик голову. Расслабляется спина, слышно лучше своё дыхание и нет возможности подглядывать за остальными.

«Закрой глаза и позволь осознать, что единственное, что происходит – это ты на йога-коврике, чувствуешь импульсы вдоха-выдоха? Это ты – один или одна – в комнате».

Мне нужны эти паузы, чтобы сонастроиться с потоком, не давая мыслям убежать. Я как бы общаюсь с энергиями пространства: «Я здесь. Всё хорошо? Продолжаем?»

Час пролетел незаметно, несколько человек подошли ко мне с благодарностями и поинтересовались стилем, который я использовала. «Ну, это мой собственный микс», – важно прокомментировала я. А что ещё добавить, разве я – Ника, йога-мастер – могу быть в рамках какого-либо стиля? Как можно ограничить какими-то понятиями свою практику?!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство
Нежить
Нежить

На страницах новой антологии собраны лучшие рассказы о нежити! Красочные картины дефилирующих по городам и весям чудовищ, некогда бывших людьми, способны защекотать самые крепкие нервы. Для вас, дорогой читатель, напрягали фантазию такие мастера макабрических сюжетов, как Майкл Суэнвик, Джеффри Форд, Лорел Гамильтон, Нил Гейман, Джордж Мартин, Харлан Эллисон с Робертом Сильвербергом и многие другие.Древний страх перед выходцами с того света породил несколько классических вариаций зомби, а богатое воображение фантастов обогатило эту палитру множеством новых красок и оттенков. В этой антологии вам встретятся зомби-музыканты и зомби-ученые, гламурные зомби и вконец опустившиеся; послушные рабы и опасные хищники — в общем, совсем как живые. Только мертвые. И очень голодные…

Юхан Эгеркранс , МАЙКЛ СУЭНВИК , Дэвид Дж. Шоу , Даррел Швейцер , Дэвид Барр Киртли

Прочее / Фантастика / Славянское фэнтези / Ужасы / Историческое фэнтези