Читаем Игра. полностью

Во мне раскрывается что-то новое и самобытное, а эта онлайн-работа только усугубляет ценный процесс такого роста. Каждой клеточкой тела ощущаю особенность острова. Для меня теперь словосочетание «Бали – магическое место» – не просто голословные слова. Здесь действительно вытряхивает и выворачивает. Может, поэтому тут большое количество йога-тичеров, духовных наставников, mindfulness-коучей и прочих эзотериков – не каждый решится принять те перемены, что раскрывает остров. Слышала даже такую шутку, что при знакомстве здесь в первую очередь спросят не имя, а кто ты по дизайну человека. Пребывание на Бали – это самая реальная практика в жизни, для осуществления которой нужно просто оказаться здесь. Как говорит Арина: «Бали берет плату за пользование своей энергией». Поэтому здесь происходят такие мощные перезаписи программ: люди увольняются с работы, начинают заниматься творчеством, перестают есть мясо, ломают/теряют технику или большие суммы денег. У меня, получается, ещё более или менее мягкий сценарий с ломкой по английским урокам?

Вчера ездили в La Brisa Bali beach club в тусовочном районе Чангу. Приятная музыка, красивые и загорелые иностранцы, живая лаундж-музыка, ананасовый сок и вид на сёрферов-романтиков, ловящих последние волны на закате. Первый раз, пожалуй, настолько ярко ощутила контраст «внутри-снаружи». Меня не радовала ни приятная свежесть в воздухе после захода солнца, ни невероятные оттенки знаменитых балийских закатов. Одинаково кислое, недовольное выражение лица.

Так же, как и сегодня, когда девочки приехали сгоревшие после целого дня на пляже, а я, завершив онлайн-уроки, встретила их, лёжа на кровати в позе звезды, уставившись в потолок. Контраст наших состояний очевиден. Вчера, например, пока я сидела после утренней практики на веранде с настроением «тихий штиль», девчонки затеяли уборку. Врубили погромче музыку и, пританцовывая, перемещались из угла в угол, прогоняя метлой армию микро-муравьёв и вытирая пыль на высоких полках. Яна особенно зажигалась от громкой музыки её любимой русской попсы и артистично на припеве вторила словам исполнителя.

Я смотрела на это всё как на экран телевизора. Здесь я – вся такая потерянная, а там – какое-то забавное шоу, которое я могу пока лишь наблюдать, но не быть его частью. Да уж, тяжеловато вместе. Я всё ещё покрыта коркой напряжения, и в таком состоянии становится тесно и мне, и окружающим, так как наши вибрации сбиваются от разных ритмов. При таких контрастах настроений появляется шлейф-намёк провала с воплощением туров в реале. Слишком много сбоев и недочетов уравнения, в том числе с его главным компонентом – клиентами, которых нет.

***

Пить заваренную ромашку, сидя на веранде своего домика возле джунглей не просто где-нибудь за границей, а на Бали, – невероятное удовлетворение эго. Чай пили с шоколадом Oreo – наша наркотическая находка здесь. Это при том, что ромашку я брала, чтобы «лечить» больной зуб. Странная, конечно, получается схема – лечить зуб шоколадно-ромашковым комбо.

– Ты тоже это почувствовала? – спросила я Арину.

– Да, здесь что-то есть, – тихо ответила она, отламывая шоколад. – Уже не первый раз замечаю.

Краем глаза я заметила, как в ночи джунглей напротив дома что-то проскользнуло. Как, бывает, еле успеваешь рассмотреть падающую звезду. Мозг просто не успевает зафиксировать произошедшее, но воспоминание есть.

– Здесь какие-то сущности. Их явно не увидеть, но почувствовать точно можно. Во сне, например. Нужно только наблюдать, – продолжила Арина.

– Ага, ещё с первого дня почувствовала. Опять ночью является мой самый страшный кошмар детства – кишащие змеи.

5 марта

Смотрю на сделанный сегодня снимок с индонезийской семьей. Я стою посередине между мужчиной и женщиной около шестидесяти лет у них во дворе. Мы, не сговариваясь, принимаем одинаковое положение, обхватив правое запястье левой рукой. Так забавно смотреть на наши грустно-серьёзные глаза, хотя обстановка не располагала для такого настроения. Снимок был сделан в Griya Tangeb Carangsari в 15:11, а уже в 16:00 я должна была вести свой первый йога-класс на Бали.

Особенность острова в том, что перемещение по нему возможно только транспортом – далекие расстояния, да ещё и по тропической жаре, не преодолеть пешком, и привычное нам «прогуляться» здесь не работает. Если из дома до локации уехать обычно не проблема, то вот возвращение в город превращается в задачку посложнее – мало кто из таксистов выезжает так далеко. Это стоило бы учесть, выезжая сегодня на один из священных (на Бали, в принципе, только такие) источников. Девочки на байке Яны, я следом с таксистом со звучным именем Вахуй. Целый комплекс, утопающий в зелени и свежести джунглей. Прогуливаясь в одном лишь купальнике и саронге по дорожке вдоль водопадов, мы останавливались возле каждого из них, омывая целиком тело, мысли и сопутствующие внутренние состояния. Пили чистейшую воду, подставляя ладошки под струю, вместе с тем отпуская частичку старого вниз по течению реки.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство
Нежить
Нежить

На страницах новой антологии собраны лучшие рассказы о нежити! Красочные картины дефилирующих по городам и весям чудовищ, некогда бывших людьми, способны защекотать самые крепкие нервы. Для вас, дорогой читатель, напрягали фантазию такие мастера макабрических сюжетов, как Майкл Суэнвик, Джеффри Форд, Лорел Гамильтон, Нил Гейман, Джордж Мартин, Харлан Эллисон с Робертом Сильвербергом и многие другие.Древний страх перед выходцами с того света породил несколько классических вариаций зомби, а богатое воображение фантастов обогатило эту палитру множеством новых красок и оттенков. В этой антологии вам встретятся зомби-музыканты и зомби-ученые, гламурные зомби и вконец опустившиеся; послушные рабы и опасные хищники — в общем, совсем как живые. Только мертвые. И очень голодные…

Юхан Эгеркранс , МАЙКЛ СУЭНВИК , Дэвид Дж. Шоу , Даррел Швейцер , Дэвид Барр Киртли

Прочее / Фантастика / Славянское фэнтези / Ужасы / Историческое фэнтези