Читаем Язык символов полностью

К поясу зачастую подвязывалось оружие. Выражение «подпоясаться» в значении «вооружиться», «собраться в поход» можно найти еще в «Илиаде» Гомера. В Западной Европе настоящего рыцаря называли «опоясанным», пояс входил в рыцарские атрибуты наравне со шпорами. На Руси ременные пояса также являлись знаком мужского и воинского отличия. Женщины их никогда не носили, надевали вязаные или плетеные. Выражение «отрешить пояса» означало «лишить воинского звания». Особой славой пользовались пояса из кожи дикого тура. Интересно, что ремни дружинных воинов были почти одинаковы по всей Восточной Европе.

На поясе в старину держалась часть необходимого имущества. Орудия ремесла носили за поясом цирюльники, писцы, лекари. В пояс нередко зашивали ценности. В Скандинавии связка ключей у пояса была своего рода символом власти хозяйки дома. К поясу привешивали мешочек для разных мелочей, назывался он «карман». Так что идея поясной сумки – отнюдь не современное изобретение. А пришивать карманы к платью начали только в XVI в.

В некоторых арабских странах не надо спрашивать подростка, достиг ли он совершеннолетия, – достаточно взглянуть, подпоясан ли он. Пояс из верблюжьей шерсти говорит о том, что его владельцу минуло 15 лет и он уже взрослый, отвечающий за свои поступки человек.

Пояс как символ мужественности мы находим в скандинавских мифах. Бог Тор обладает волшебным поясом силы, который делает его непобедимым. Что же это за сила и почему именно пояс связывается с понятиями силы, мужества, зрелости?

Пояс имеет предназначение соединять, связывать. Пояс – это магический круг, он оберегает, защищает, и он же удерживает человека в определенных рамках, границах проявленного мира. В каком-то смысле пояс связывает в единое целое тело и душу.

На Руси считалось зазорным ходить без пояса. Снять с человека пояс значило обесчестить его. До наших дней дошло слово «распоясаться». Оно рассказывает нам о символическом значении пояса. «Распоясался» отвечает такому состоянию человека, когда его ничто не сдерживает. Сняв пояс, человек как бы выходит за некую грань проявленного мира, перестает быть связанным воедино. По старинному обычаю пояс непременно снимали, когда гадали. На античных памятниках неистовые вакханки держат снятые пояса в руках. Когда хоронили умершего, пояс обычно расстегивали, чтобы не мешать душе покинуть тело и отправиться в загробное путешествие.

Пояс дарили новорожденному. Девочкам надевали пояс сразу после крещения. Особенно ценные пояса передавались в роду из поколения в поколение.

…Вглядываясь в старинные портреты, мы вдыхаем аромат древности и ощущаем легкую грусть по давно ушедшим временам. Но пусть это будет лишь поводом повнимательней отнестись к сегодняшнему дню и поучиться у предков сознательному отношению ко всему окружающему. Тогда завтра, выбирая утром одежду, мы, быть может, совсем по-другому посмотрим в зеркало.

Роса

Анна Кривошеина



На заре и на закате цветы, деревья, травы покрываются мелкими, кристально чистыми, переливающимися капельками росы. В росе испокон веков люди видели благословение, которое Небо дает земле. Предания сербов говорят, что росу сеют звезды, предания украинцев – что она спадает с богини любви. Другие славянские народы верили, что ее сеют на землю русалки. А античные греки – что она появляется из лунных лучей или из слез богини утренней зари Эос. Ирида, божество радуги, вестница богов, одета в платье из сверкающей росы.

Божественный, небесный дар, роса считалась нектаром бессмертия. В индуистской мифологии амрита, особое питье, эликсир бессмертия, называлась «сладкой росой». Китайское Дерево сладкой росы, растущее в центре мира, на горе Кунь-Лунь, – тоже символ бессмертия. В Месоамерике те же качества приписывали росе, появлявшейся на священном кактусе. «Воротами сладчайшей росы» образно называют буддийское учение. В Каббале роса – символ воскресения: мертвые возрождаются Росой Света, испаряющейся с Древа Жизни.

Появляясь на границе двух периодов – света и тьмы, роса обладает магической силой. Девушки умывались розовой росой, в которой отражался свет утренней зари, чтобы обрести красоту и здоровье. Считалось, что роса сохраняет силу восходящего, рождающегося солнца, и поэтому в особые дни, например в день святого Георгия (болгарская традиция), на восходе, катались по траве, на которой выпала роса. Русская народная сказка рассказывает, как Добрыню Никитича с детства заставляли кататься по утренней росе: от этого он стал таким крепким, что с шести лет мог вырывать с корнем дубы.

Особенно чудесную целебную и магическую силу роса обретает на русальной неделе, на праздник Ивана Купалы, на Праздник росы, отмечавшийся в северных странах. В эти дни русалка Росяница насыщает травы животворной силой, которая передается животным и людям.

Кельтские девушки на Бельтайн (1 мая) ходили умывать лицо росой и перед рассветом загадывали желание.

Перейти на страницу:

Все книги серии Интересно о важном

Похожие книги

Против всех
Против всех

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова — первая часть трилогии «Хроника Великого десятилетия», написанная в лучших традициях бестселлера «Кузькина мать», грандиозная историческая реконструкция событий конца 1940-х — первой половины 1950-х годов, когда тяжелый послевоенный кризис заставил руководство Советского Союза искать новые пути развития страны. Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает о борьбе за власть в руководстве СССР в первое послевоенное десятилетие, о решениях, которые принимали лидеры Советского Союза, и о последствиях этих решений.Это книга о том, как постоянные провалы Сталина во внутренней и внешней политике в послевоенные годы привели страну к тяжелейшему кризису, о борьбе кланов внутри советского руководства и об их тайных планах, о политических интригах и о том, как на самом деле была устроена система управления страной и ее сателлитами. События того времени стали поворотным пунктом в развитии Советского Союза и предопределили последующий развал СССР и триумф капиталистических экономик и свободного рынка.«Против всех» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о причинах ключевых событий середины XX века.Книга содержит более 130 фотографий, в том числе редкие архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов , Анатолий Владимирович Афанасьев , Виктор Михайлович Мишин , Ксения Анатольевна Собчак , Виктор Сергеевич Мишин , Антон Вячеславович Красовский

Криминальный детектив / Публицистика / Фантастика / Попаданцы / Документальное
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой-Милославский , Николай Дмитриевич Толстой

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное