Читаем Язык символов полностью

Прошедшие 2000 лет человечество жило в эпоху Рыб, которая началась с рождения Христа. Было замечено, что если сложить первые буквы слов «Иисус Христос, Божий Сын, Спаситель» (написанных по-гречески), то образуется греческое слово ICTYS, «рыба». Изображение рыбы, которая стала символом Христа, находят на печатях и светильниках в римских катакомбах и на саркофагах. Оно считалось тайным знаком первых христиан, находившихся во враждебном окружении язычников. Существует также аналогия между ловлей рыбы и обращением людей в новую веру (отсюда и «кольцо рыбака», которое носит папа римский). Христос называл апостолов «ловцами человеков», а обращенных – «рыбками». Как и во многих мировых и более ранних религиях, рыба с хлебом и вином в христианстве является священной пищей. Недаром мы часто видим рыбу на изображениях Тайной вечери.

В христианском символе рыб соединились не только астрологические, но и языческие значения. Еще в древности человек связывал рыбу, обитательницу водной стихии, с зарождением жизни на земле. Рыба могла приносить ил со дна первозданного океана, и из этого ила создавалась земля. А могла служить опорой земле, которая в этом случае держалась на одной, трех или семи рыбах, плававших в мировом океане. Стоило рыбе махнуть хвостом, и начинались землетрясения.

Рыба была связана и с миром предков. Многие народы считали, что, умирая, душа человека переселяется в рыбу и, чтобы душа вновь могла воплотиться в ребенке, надо просто съесть рыбу. Рыба также участвовала в обрядах, связанных с посвящением во взрослую жизнь. Входя в чрево «рыбы» (входы в специальные хижины, где проводились инициатические обряды, часто делались в виде пасти рыбы, кита или крокодила), неофит символически умирал, попадал в царство мертвых, а затем, выходя обратно, символически рождался к новой жизни. Теперь, обогащенный новыми священными знаниями (ведь мертвые знают больше живых), он мог вступить во взрослую жизнь.

Петроглифы, наскальные рисунки, многочисленные каменные и металлические украшения в виде рыб из археологических раскопов – весточки нам из тех далеких времен.

Да и сегодня мы, не зная всех этих подробностей, как древние люди, окружаем себя изображениями или стилизованными фигурками рыб. А как утверждают психологи, наши сновидения довольно «густо» населены рыбами, которые выступают как символ бессознательного и созидательных внутренних миров нашей души.

А значит, этот древний символ еще живет, и с его помощью мы можем разобраться в самих себе – надо только включиться в диалог с рыбами.

Свеча

Анна Кривошеина



Странствия и паломничества, входы в лабиринты и храмы, обряды, праздники и гадания были немыслимы без свечи. Свеча – вечный спутник человека на дороге жизни. Она свет во тьме. Озарение. Живительная сила. Надежда. Символ человеческой души, ее внутренней силы: одной маленькой свечи достаточно, чтобы разомкнулась тьма, – и ее стойкости и вертикальности: пламя свечи, как бы ее ни поворачивали, всегда устремлено к небу.

Она освещала любой путь, любой переход – и физический, и нефизический. Тропинка, выложенная горящими свечами, была символом пути, на котором человек не одинок: идущие впереди оставляли зажженные огоньки тем, кто идет следом, – вел ли этот путь через лес, через историю или через жизнь. В погребальных традициях свечи были символом света «мира предстоящего», возрождения на ином плане бытия.

В христианской традиции свеча – божественный свет, сияющий в мире, свидетельство причастности человека к Божественному. Чистота воска означала чистоту человека, мягкость – его способность слушать волю Бога. Три совмещенные свечи – Святая Троица, триединство мира.

В еврейской традиции семирожковый подсвечник – менора – имеет очень многогранную символику. Например, ствол свечи мог означать Дерево или Ось мира. Семь веточек подсвечника – это Солнце, Луна и планеты, семь дней недели, семь звезд Большой Медведицы, семь кругов или сил мира. В Каббале три свечи означают Мудрость, Силу и Красоту.

Средневековые тайные общества использовали изображение свечи как символ великого Знания: человек может быть счастлив, только когда с его глаз спадет пелена, мешающая видеть истинный свет, а сердце освободится от пут рабства. Так, символом итальянских вальденсианцев (катаров) была горящая свеча на подсвечнике, увенчанном семью звездами, под изображением которой помещалась фраза Lux lucet in tenebris – «И свет во тьме светит». Символом света, незримо сияющего во тьме, являлась геральдическая лилия Fleur de Lys – «Цветок Света», расцветающий и разрастающийся во все стороны. Свеча также и человек, несущий свет. В этом случае рядом с ее изображением можно было увидеть девизы, например: «Я трачу себя, служа другим».

Символ бескорыстного служения, справедливости, милосердия, свеча также, например, в рыцарских легендах была знаком верно выбранного пути Поиска истины, поскольку всегда существовала опасность ложного. Вспомним слова Короля Артура:

Перейти на страницу:

Все книги серии Интересно о важном

Похожие книги

Против всех
Против всех

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова — первая часть трилогии «Хроника Великого десятилетия», написанная в лучших традициях бестселлера «Кузькина мать», грандиозная историческая реконструкция событий конца 1940-х — первой половины 1950-х годов, когда тяжелый послевоенный кризис заставил руководство Советского Союза искать новые пути развития страны. Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает о борьбе за власть в руководстве СССР в первое послевоенное десятилетие, о решениях, которые принимали лидеры Советского Союза, и о последствиях этих решений.Это книга о том, как постоянные провалы Сталина во внутренней и внешней политике в послевоенные годы привели страну к тяжелейшему кризису, о борьбе кланов внутри советского руководства и об их тайных планах, о политических интригах и о том, как на самом деле была устроена система управления страной и ее сателлитами. События того времени стали поворотным пунктом в развитии Советского Союза и предопределили последующий развал СССР и триумф капиталистических экономик и свободного рынка.«Против всех» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о причинах ключевых событий середины XX века.Книга содержит более 130 фотографий, в том числе редкие архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов , Анатолий Владимирович Афанасьев , Виктор Михайлович Мишин , Ксения Анатольевна Собчак , Виктор Сергеевич Мишин , Антон Вячеславович Красовский

Криминальный детектив / Публицистика / Фантастика / Попаданцы / Документальное
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой-Милославский , Николай Дмитриевич Толстой

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное