Если «в воздухе лебедь залился напевом» (Каллимах), значит, «бог недалече», значит, близок миг появления лучезарного Аполлона… В Гиперборее, его любимой стране, в час священных церемоний с Рипейских гор слетаются тучи лебедей, облетают храм Аполлона, словно очищая его своим полетом, а потом, когда певцы начинают славить бога, сладкозвучные лебединые голоса сливаются с голосами людей. Люди и птицы вместе воспевают владыку Феба. И нет действа прекраснее и величественнее.

Но почему же никто не слышал поющего лебедя? Как не слышал никто и дивного голоса другой священной птицы Аполлона – феникса, с чьим пением не сравнится ни соловьиная трель, ни флейта, ни лира, ни даже лебединая песня?..

Наверное, другие слишком громкие голоса заглушают их…

Уши у большинства людей, говорит Плутарх, заполнены земными звуками, «залеплены и замкнуты – не воском, а плотскими преградами и переживаниями» и потому не могут уловить звуков божественного мира. Ведь те слышны только в тишине, когда душа, очистившись, сосредоточившись на том, что вечно, обретает способность слышать молчание, «которое есть род речи»… Наверное, античные мудрецы, среди них Сократ и Платон, слышали лебедей внутренним слухом, так же как другой сын Аполлона – Пифагор слышал музыку сфер… Не о том ли говорит и древний афоризм: «Тогда лебеди запоют, когда галки умолкнут»? И кто знает, может быть, если мы утихомирим своих «галок» – свои слишком уж приземленные ощущения и чувства, может, зазвучат тогда в нашей душе серебристые лебединые голоса, наполнят ее красотой и гармонией. И старинная легенда станет нашим настоящим…

Литература

Л. Селиванова. Аполлоновы лебеди // ec-dejavu.ru.

Мельница

Анна Кривошеина

Из кусочка веретенца,

И из молока коровы,

И из ячменя крупинки…

Из этих предметов выковал божественный кузнец Ильмаринен чудесную мельницу Сампо в Стране Севера, таинственной Похьеле (корова, лебедь, зерно и веретено – важные символы, встречающиеся во многих мифах о сотворении). Мельница Сампо вросла своими корнями в гору, подобную мировым горам всех культур, и являлась источником неизмеримого богатства – именно поэтому герои похитили ее для мира людей. По дороге она разбилась, и благодаря ей появились пашни и посевы, а ее пестрая крыша превратилась в небосвод со звездами.

Образ космической мельницы подобен образу мирового дерева, соединяющего все мироздание в единое целое. Как кружение крыльев большой мельницы воспринималось кружение звезд вокруг Небесного северного полюса, связанного с центром Земли хрустальной прозрачной пуповиной – Осью мира (мировым древом). В средневековых трудах встречается важное понятие «скрытого полюса», вокруг которого вращается решительно все (это сближает символ мельницы и мандалу).

Мельница – соединение вечного (круг) и временного, земного (четырехугольное «тело» мельницы), и только в их совместной работе рождается хлеб, необходимый для жизни. Скандинавский эпос «Старшая Эдда» говорит о vox molae – «звуке жерновов», который издает небесная зернотерка сестер-великанш Феньи и Меньи, а Млечный путь становился для многих народов зримым свидетельством неутомимой деятельности небесной мельницы.

Жернова великой мельницы никогда не останавливаются, и это вечное вращение символизирует бессмертие. Взлетающие и опускающиеся крылья ветряной мельницы, согласно средневековым толкованиям, говорят о нисхождении Бога к человеку и о взлете человека к Богу, о падении и возрождении, о циклической смене времен, мировых эпох.

Символ мельницы связан с представлением о справедливой судьбе, которая проводит человека через все испытания, чтобы он вернулся к своему истинному «Я», чистому и возвышенному. В средневековой алхимии использовалось понятие круговращения: «…через круговращение оно возвращается обратно к высочайшей и чистейшей простоте, Монаде». В христианской символике Иисус – святой, чистый хлеб.

Мельница перемалывает миллионы отдельных зерен, освобождая их от шелухи, в муку будущего хлеба – этот образ тоже использовался для передачи важного метафизического закона: из «огромного и нечистого Единого грядет сверхчистое и утонченное Единое» – суть вечного движения мира (немецкий алхимик, последователь Парацельса Генрих Кунрат). Это отразилось в обычае преломлять хлеб на праздниках – то есть осознавать и принимать общую судьбу, общую долю.