Читаем Язык птиц полностью

ПРИТЧА

2980 Шейх Аббас мясником был в судьбе своей бренной,Стал — вершиной времен, высоты :— несравненной.[219]Он в степи отрешения шел год за годом,Плоть свою изнуряя смертельным изводом.Как-то был в ханаке он, и присные с ним, —Были все на местах перед шейхом своим.[220]В это время какой-то развязный детинаВ ханаке оказался, вошедши без чина.Он вошел — и к минбару походкой лихою,И сказал: «Эй, народ, что пригрет ханакою!2985 Хорошенько проникните в суть моих слов,Принесите кувшин мне — с водой до краев.Мне свершить омовенье надумалось что-то,А потом опорожниться будет охота!» [221]Славный муж, услыхав эту речь, молвил свите:«Что ж, возьмите кувшин и воды принесите!»И дервиш взял из лучших сосудов одинИ, наполнив водой, тут же подал кувшин.А невежда посуду разбил дорогуюИ сказал: «Принеси поскорее другую!»2990 И ему тут же дали другую посуду,И опять он разбил дорогую посуду.«Хорошо, — шейх промолвил, узрев эту прыть, —Приносите, пока не устанет он бить!»И камнями разбил он кувшинов немало,Драгоценных осколков раскинув немало.И взмолились тут люди из шейховой свиты:«Все сосуды тобою уже перебиты!В ханаке не осталось посуды иной,Мы не можем тебе принести ни одной!»2995 «Если нету кувшинов, — ответил он свите, —Вы тогда вот что вашему шейху скажите:Пусть он бороду даст мне свою, да живее,И тогда я нужду свою справить сумею!»Шейх, услышавши этот бесстыжий наказ,Встрепенулся и к спорившим вышел тотчас.«Молодец! В добрый час быть благому почину!Впрямь, к чему борода худородному сыну!Только ветер и треплет ее обалдело,А теперь она хоть пригодится для дела!3000 Вот ее для себя заприметил дервиш,И в нужде она будет полезна, глядишь!» [222]А у шейха была борода седовласа,И ее оторвал он, да чуть не до мяса,И под ноги тому греховоднику кинул,На поживу безумцу-негоднику кинул.И, узрев отрешенья подобного знак,Тот, от глупых речей отступившись, обмяк.И простерся во прахе у шейховых ног он,И, ничком пав на землю, совсем изнемог он.3005 Видя все это, праведный муж отрешеньяСвоелюбьем не тешился ни на мгновенье.[223]Сделать низкого праведным впредь он сумел,Переделать на золото медь он сумел.Кто не вышел из пут суеты пестроцветной,Для того плод подобных деяний — запретный.О Фани, испроси отрешенья у бога,В отрешенье тебе будет в вечность дорога!

32 О ХОДЖЕ БАХАУДДИНЕ НАКШБАНДИ, ГОРЕВШЕМ В ИСТИННОМ ОТРЕШЕНИИ[224]

Перейти на страницу:

Все книги серии Литературные памятники

Похожие книги

Рубаи
Рубаи

Имя персидского поэта и мыслителя XII века Омара Хайяма хорошо известно каждому. Его четверостишия – рубаи – занимают особое место в сокровищнице мировой культуры. Их цитируют все, кто любит слово: от тамады на пышной свадьбе до умудренного жизнью отшельника-писателя. На протяжении многих столетий рубаи привлекают ценителей прекрасного своей драгоценной словесной огранкой. В безукоризненном четверостишии Хайяма умещается весь жизненный опыт человека: это и веселый спор с Судьбой, и печальные беседы с Вечностью. Хайям сделал жанр рубаи широко известным, довел эту поэтическую форму до совершенства и оставил потомкам вечное послание, проникнутое редкостной свободой духа.

Эмир Эмиров , Омар Хайям , Мехсети Гянджеви , Дмитрий Бекетов

Поэзия / Поэзия Востока / Древневосточная литература / Стихи и поэзия / Древние книги
Арабская поэзия средних веков
Арабская поэзия средних веков

Арабская поэзия средних веков еще мало известна широкому русскому читателю. В его представлении она неизменно ассоциируется с чем-то застывшим, окаменелым — каноничность композиции и образных средств, тематический и жанровый традиционализм, стереотипность… Представление это, однако, справедливо только наполовину. Арабская поэзия средних веков дала миру многих замечательных мастеров, превосходных художников, глубоких и оригинальных мыслителей. Без творчества живших в разные века и в далеких друг от друга краях Абу Нуваса и аль-Мутанабби, Абу-ль-Ала аль-Маарри и Ибн Кузмана история мировой литературы была бы бедней, потеряла бы много ни с чем не сравнимых красок. Она бы была бедней еще и потому, что лишила бы все последующие поколения поэтов своего глубокого и плодотворного влияния. А влияние это прослеживается не только в творчестве арабоязычных или — шире — восточных поэтов; оно ярко сказалось в поэзии европейских народов. В средневековой арабской поэзии история изображалась нередко как цепь жестко связанных звеньев. Воспользовавшись этим традиционным поэтическим образом, можно сказать, что сама арабская поэзия средних веков — необходимое звено в исторической цепи всей человеческой культуры. Золотое звено.Вступительная статья Камиля Яшена.Составление, послесловие и примечания И. Фильштинского.Подстрочные переводы для настоящего тома выполнены Б. Я. Шидфар и И. М. Фильштинским, а также А. Б. Куделиным (стихи Ибн Зайдуна и Ибн Хамдиса) и М. С. Киктевым (стихи аль-Мутанабби).

Ан-Набига Аз-Зубейни , Аль-Газаль , Маджнун , Ибн Шухайд , Ас-Самаваль

Поэзия Востока