Читаем Язык птиц полностью

Как минуешь сей дол, — всех путей завершеньеЖдет тебя лишь в равнине степей Отрешенья.[216]Там — одно лишь безмолвье над гладью пустою,Там рассудок и глух и объят немотою.Как потоп разверзает там море без дна —Сотни тысяч миров в нем потонут сполна.2950 Там морской ураган, поднимаясь стеною,Пенит тысячи гребней — волну за волною.Миг за мигом спадают те волны, и сноваРазом в тысяче красок нахлынут сурово.А посмотришь — и волны теряют там след, —Только море повсюду, иного там нет.Там предвечное пенится морем бескрайным,И бурление волн взмыто промыслом тайным.Явь и суть восемнадцати тысяч вселенных —Все, что познано мыслью мужей просвещенных, —2955 Все, что только явило свой облик и вид,Все, чему в мире сущего образ открыт,Все, что лику земли в ста диковинах суще,В сотнях тысяч окрасок диковинных суще, —Знай: все это — лишь море, источник всех сутей,Это — луг или степь без путей и распутий.Там сто тысяч прекрасных тюльпанов и розСоловьям и скворцам — пуще смертных угроз.Лишь помысли, какие там страны и грады,Океаны и реки, и горные гряды!2960 Там круженье огня и ветров-ураганов, —Все, что хочешь, найдешь там, едва только глянув.Там вращенью небес и скончания нет,Сонмы ангелов там, сонмы звезд и планет.Сонмам ангелов нет ни предела, ни счета,Ни числа, что границы б имело, ни счета!Там и малой звезде, даже самой ничтожной,По величью с землею сравниться возможно.Семь небес, шесть сторон и четыре основы —Суть вселенной — там редким величьем суровы.[217]2965 Но превыше всего человек во вселенной:Разум никнет от сути его совершенной.Ты помысли об этом, и станет понятным:Человек там — в обычном ли звании, знатном, —И султаны, что силою славной сильны,И хаканы, что волей державной знатны,[218]Мудрецы и радетели веры законной,И разбросанный люд, и в единстве сплоченный,И святой, над людьми совершенством известный,И пророк-провозвестник, главенством известный, —2970 В море сути господней, как волны равны,Да и сущи они там не дольше волны!И у всех там единый удел — преходящий,Все там бренны, им вечности нет настоящей.Море вспенится волнами, словно в причуду,И кипение красок являет повсюду.А смирится бурлящая пеной вода, —И от бега тех волн не осталось следа!Если мудрость присуща уму человека,Ты познал, что вовек и навеки от века2975 Все, что можно помыслить живым и живущим, —Быль и небыль — лишь так воплощается в сущем.Все — лишь бог, и сильней не бывало начал,Все там бренно, бог вечен — начало начал.Все в явлениях сущее — в воле господней,Дали, в вечность грядущие, — в воле господней.Кроме господа, все, что по сути — иное,Хоть стократ напоить его влагой живою,В отрешенности бренно, и нет перемен, —Даже вечность — и та превращается в тлен.
Перейти на страницу:

Все книги серии Литературные памятники

Похожие книги

Рубаи
Рубаи

Имя персидского поэта и мыслителя XII века Омара Хайяма хорошо известно каждому. Его четверостишия – рубаи – занимают особое место в сокровищнице мировой культуры. Их цитируют все, кто любит слово: от тамады на пышной свадьбе до умудренного жизнью отшельника-писателя. На протяжении многих столетий рубаи привлекают ценителей прекрасного своей драгоценной словесной огранкой. В безукоризненном четверостишии Хайяма умещается весь жизненный опыт человека: это и веселый спор с Судьбой, и печальные беседы с Вечностью. Хайям сделал жанр рубаи широко известным, довел эту поэтическую форму до совершенства и оставил потомкам вечное послание, проникнутое редкостной свободой духа.

Эмир Эмиров , Омар Хайям , Мехсети Гянджеви , Дмитрий Бекетов

Поэзия / Поэзия Востока / Древневосточная литература / Стихи и поэзия / Древние книги
Арабская поэзия средних веков
Арабская поэзия средних веков

Арабская поэзия средних веков еще мало известна широкому русскому читателю. В его представлении она неизменно ассоциируется с чем-то застывшим, окаменелым — каноничность композиции и образных средств, тематический и жанровый традиционализм, стереотипность… Представление это, однако, справедливо только наполовину. Арабская поэзия средних веков дала миру многих замечательных мастеров, превосходных художников, глубоких и оригинальных мыслителей. Без творчества живших в разные века и в далеких друг от друга краях Абу Нуваса и аль-Мутанабби, Абу-ль-Ала аль-Маарри и Ибн Кузмана история мировой литературы была бы бедней, потеряла бы много ни с чем не сравнимых красок. Она бы была бедней еще и потому, что лишила бы все последующие поколения поэтов своего глубокого и плодотворного влияния. А влияние это прослеживается не только в творчестве арабоязычных или — шире — восточных поэтов; оно ярко сказалось в поэзии европейских народов. В средневековой арабской поэзии история изображалась нередко как цепь жестко связанных звеньев. Воспользовавшись этим традиционным поэтическим образом, можно сказать, что сама арабская поэзия средних веков — необходимое звено в исторической цепи всей человеческой культуры. Золотое звено.Вступительная статья Камиля Яшена.Составление, послесловие и примечания И. Фильштинского.Подстрочные переводы для настоящего тома выполнены Б. Я. Шидфар и И. М. Фильштинским, а также А. Б. Куделиным (стихи Ибн Зайдуна и Ибн Хамдиса) и М. С. Киктевым (стихи аль-Мутанабби).

Ан-Набига Аз-Зубейни , Аль-Газаль , Маджнун , Ибн Шухайд , Ас-Самаваль

Поэзия Востока