Читаем Ярославский мятеж полностью

В планах предстоящей операции несколько странным выглядит намерение взять с собой слишком большое количество боеприпасов. По словам Перхурова, это выглядело следующим образом: «В это же время приказал выделить из числа пароходов приготовленных для общего прорыва, который проектировался раньше, небольшой, но возможно быстроходный пароход и погрузить на него трехдневный запас продовольствия по расчету на двести человек, а также 100 берданок с патронами, 10 000 трехлинейных патронов, считая в том числе и набитые ленты для пулеметов, два пулемета „Максим“, один „Лима“, несколько разных гранат (в Ярославле их было самое незначительное количество) и запас спасательных кругов, собранных с других пароходов». Что же странного в этом описании? А то, что на пароход грузили не патроны к японским винтовкам, равно как и не сами японские винтовки, коих в захваченном арсенале было великое множество. Из города вывозили крайне «дефицитные» патроны для «трехлинейки», которые, как было отмечено выше, в Ярославле использовались исключительно для пулеметов. Это, в свою очередь, наводит на мысль, что планируемое движение десанта вверх по Волге (конечной его точкой планировалась Толга) было отнюдь не случайным. Дело было даже не в том, что в этих краях действовал весьма активный крестьянский отряд. В нескольких документах Толгский монастырь упоминается как «запасная база» повстанцев, что косвенно подтверждается сведениями о том, что в этом монастыре послушником служил один из родственников Перхурова. Кроме того, в оперативной сводке красных войск за 13 июля 1918 года упоминается, что «в Толгском монастыре у белых, по-видимому, штаб». Можно было бы списать это предположение на мнительность и паранойю красных, но многие офицеры накануне выступления в Ярославле прибывали в город, предварительно остановившись именно в Толгском монастыре. Нельзя не вспомнить в этой связи и про ходившие долгое время по Ярославлю городские легенды о тайном складе оружия, который был расположен где-то в окрестностях Толги. Легенды, конечно, легендами, но если подобный «схрон» существовал и в нем были складированы именно трехлинейные винтовки, то это объясняет выбор боеприпасов, которые по приказу Перхурова были погружены на корабль.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Генерал Деникин
Генерал Деникин

Книга В.Черкасова-Георгиевского «Генерал Деникин» написана в 1990-х годах по новейшим изысканиям того времени, что позволил доступ к самому широкому использованию мемуарных материалов за границей после Перестройка, а так же дали неоценимую помощь личные встречи с бывшими белыми офицерам, с их ближайшими родственниками. Постоянные поездки во Францию, США, Западную Европу автора, его интервью, беседы с живыми очевидцами Гражданской войны лучше любых фотографий и пожелтевших формуляров рисовали пережитую русскими трагедию Гражданской войны. В книге А.И.Деникин предстает в самом объемном виде: как семьянин, как писатель, как учащийся на всех ступенях его карьеры, начиная с реального училища. В центре – образ полководца. Деникин здесь прежде всего человек со всеми его характерными чертами, недостатками, причудами. Вещь написана не казарменным изложением воинско-боевых действий, обстоятельств, а как плавный, беллетристичный рассказ о жизни этого великого офицера России. Поэтому книга интересна не только людям «военной косточки», а любым читателям.Предлагающаяся вашему вниманию книга «Генерал Деникин» написана в конце 1990-х годов, когда была жива дочь генерала А.И.Деникина Марина Антоновна – писательница, журналистка, телеведущая, автор уникальных мемуарных исследований по белоэмиграции. Работая над рукописью, автор неоднократно ездил к ней в гости в городок Версаль под Парижем, переписывался из Москвы. Благодаря долгим беседам и разъяснениям Деникиной А.И., автору удалось «вживую» обрабатывать в общем-то известный материал о жизни ее отца.

Владимир Черкасов-Георгиевский

Биографии и Мемуары / Военное дело / История / Образование и наука / Документальное
Абель-Фишер
Абель-Фишер

Хотя Вильям Генрихович Фишер (1903–1971) и является самым известным советским разведчиком послевоенного времени, это имя знают не очень многие. Ведь он, резидент советской разведки в США в 1948–1957 годах, вошел в историю как Рудольф Иванович Абель. Большая часть биографии легендарного разведчика до сих пор остается под грифом «совершенно секретно». Эта книга открывает читателю максимально возможную информацию о биографии Вильяма Фишера.Работая над книгой, писатель и журналист Николай Долгополов, лауреат Всероссийской историко-литературной премии Александра Невского и Премии СВР России, общался со многими людьми, знавшими Вильяма Генриховича. В повествование вошли уникальные воспоминания дочерей Вильяма Фишера, его коллег — уже ушедших из жизни героев России Владимира Барковского, Леонтины и Морриса Коэн, а также других прославленных разведчиков, в том числе и некоторых, чьи имена до сих пор остаются «закрытыми».Книга посвящается 90-летию Службы внешней разведки России.

Николай Михайлович Долгополов

Военное дело