Удар, обрушившийся на голову Олега сразу и слева, и справа, оказался абсолютно неожиданным и чудовищно сильным. Древний шлем, спокойно выдерживающий пулевые попадания, не только не остановил атаку, но и затрещал от натуги как спелый арбуз…Или это скрипели деформирующиеся кости черепа? Боевой маг не знал ответа на этот вопрос, но зато твердо был уверен – обычный человек на его месте не помер бы сразу, так свалился бы камнем с тяжелейшим сотрясением мозга. Причем, скорее всего, свалился прямо мордой в расположенный прямо по курсу файербол. Однако благодаря своим регулярным и довольно жестоким тренировкам целитель сумел удержаться в сознании, не утратил контроля над огненным шаром и усилием воли исправил нанесенный ущерб буквально спустя пару мгновений после удара. А заодно рывком сместился в сторону, разворачиваясь на одной ноге и пропуская мимо себя комок пламени. Перед ним никого не было, сохранение абсолютной невидимости прямо в момент атаки было не то чтобы совсем невозможным, но с таким уровнем сложности профессор Златоглаз быстро бы растерял всех желающих нести ему денежки, ибо студенты бы просто не поверили в возможность своей победы. И это оставляло только один вариант. Противник подкрался к Олегу сзади.

Слегка виляющий в полете огненный шар пронесся на уровне человеческой груди, чтобы с небольшим взрывом удариться о захлопнувшуюся дверь комнаты ожидания. Однако своей цели он особого вреда не нанес, ибо та была выше. Олег успел увидеть напавшее на него существо, но скорректировать курс движения заклинания уже не успел, отвлекшись на две стальные ладони, со звучным хлопком сошедшиеся прямо перед носом боевого мага и чуть этот самый нос не оторвавшиеся. Почти сливавшийся по цвету с потолком конструкт напоминал особо плоского скорпиона, к которому кто-то ради шутки, хотя скорее уж во имя заботы о здоровье участников тотализатора, прикрепил не острые клешни, а пятипалые манипуляторы, сильно напоминающие человеческие ладони. А может это было сделано, дабы расширить инженерные возможности машины, которая явно могла использовать обычные инструменты или открывать двери и ящики. Ударная волна не смогла сбросить искусственное существо на пол, да и к жару оно явно было равнодушно даже больше знающего пиромантию волшебника, а потому изделие неведомого техномага продолжило выполнение поставленной перед ним задачи.

– Аплодисменты, блин! – Мысленно выругался себе под нос чародей, делая еще один шаг спиной вперед и тем спасаясь от третьего удара. Не успевшие далеко разойтись в сторону руки были отрублены синхронным взмахом топоров, а после механическое тело оказалось сдернуто на пол телекинезом. Но дальше курочить его Олег не стал…В правилах прохождения лабиринта использование подручных средств не запрещалось, а поощрялось. И потому если обезвреженный конструкт получится быстренько переподчинить, он может стать весьма полезным инструментом. – Меня чуть не вырубили банальным шлепком двумя ладонями! Хм…Похоже, я сильно ошибался, когда думал, что получить аудиенцию у профессора Златоглаза будет легко!

Глава 12

О том, как герой выбирает путь, идет на опасный риск и бьет дитя.

– Так будет лучше, – решил Олег, намораживая слой льда, что соединил отрубленные руки маленького голема с его туловищем и тем вернул машине полную функциональность. Ну, или почти полную, все же в результате починки надежность рабочих конечностей существенно снизилась. А если бы чародей перестал поддерживать некоторой части своей магии созданную им же замороженную воду, то манипуляторы и вовсе бы отвалились обратно после первой же серьезной нагрузки. – Вперед!

Повинуясь команде, разведчик довольно шустро засеменил своими многочисленными металлическими лапками по потолку лабиринта, дабы в случае чего принять на себя первый удар ловушек или иных участников тотализатора. Подчинить себе плоское механическое насекомое примерно метровой длины Олег смог практически моментально, впрочем, заслугой чародея данный факт, в общем-то, не являлся. Конструкт был устроен весьма примитивно: накопитель энергии внутри корпуса, ведущие к конечностям крохотные пучки искусственных мышц, единственный глазной сенсор в подобии головы, да магия, придающая этому набору деталей подобие жизни и служащая аналогом вегетативной нервной системы. Какой-либо воли за поведением машины не стояло, защитными системами она тоже не обладала, а потому приказам настроившегося на неё техномага стала повиноваться моментально…И столь же моментально сменила бы сторону, если бы в борьбу за право управлять этой боевой единицей включился бы более опытный волшебник.