Читаем Я тебя рисую полностью

      — Цветок Тлена уже начинает цветение, — бросил я. — Сейчас бутоны наливаются краснотой, пройдет всего десять дней, и смертельная пыльца полетит по ущелью драконов. И всем арманцам уже будет не выйти из своих комнат, и мы снова станем сидеть в покоях, словно крысы в норах, ожидая нападения? На время цветения мы даже не контролируем границы, надеемся на загонщиков, но и они все чаще нарушают обязательства. Или вы все еще надеетесь отсидеться в своих дворцах?

      — Но что мы можем, Линтар? — Арх смотрел хмуро, но не враждебно. — Ты во всем прав, но это не отменяет твоих преступлений. Нельзя идти против духов… Даже если у тебя были причины для этого поступка! Ты мог просто поставить вопрос о передаче перстня…

      — Я ставил этот вопрос, Арх, — отозвался я. — И не раз. Но Совет решил придерживаться традиций и выдвинул брак обязательным условием.

      — Я думаю, мы можем обойтись без Суда Пяти, — встал Рам. — Принцесса, как оскорбленная сторона, имеет право потребовать возмещение, а духи — ответа. Если эти требования будут удовлетворены, то, думаю, мы все откажемся от своих обвинений.

      — Я готова рассмотреть возмещение, — звонко сказала Аярна. Я повернул голову. Светлейшая стояла у двери, гордо подняв голову. В глазах — мука и боль, нежные губы изогнуты в грустной улыбке. Что ж, Аярна всегда умела произвести впечатление на мужчин. Арманцы склонили головы, приветствуя ее.

      — Не положено женщине присутствовать на Совете Пяти… — проскрипел Хранитель на ее появление. — Но так как принцесса - пострадавшая сторона, разрешаю остаться…

      Аярна прошла через зал советов, остановилась рядом с братом, заламывая пальцы.

      Аонис тоже встал: кажется, на этом совете мы нарушили все возможные правила. Хранитель, похоже, думал о том же, потому что его наросты стали малиновыми от возмущения. Он ударил по столу открытой ладонью, так что сила старейшины чуть не сбила нас всех с ног.

      — Достаточно, — постановил он. — Вопрос будет закрыт, если Светлейшая принцесса Аярна удовлетворится возмещением. Правитель Багровой Долины преследовал благородную цель, хоть и действовал такими… нетривиальными методами. Духов дорххама успокоим и принесем извинения, прольем кровь правителя и испросим позволения повторно скрепить брак. Ритуал проведем сразу же, как только получим согласие.

      Я не смотрел на принцессу, но чувствовал ее взгляд, прожигающий меня.

      — Чего вы хотите, Светлейшая? — торжественно произнес Хранитель.

      — Жертву, — тихо сказала она. — Я требую принести в жертву дикарку, которую привез Линтар! Я хочу увидеть, как она умрет! И тогда я согласна повторно войти с тобой в дорххам, испросив благословения у духов! — она качнулась ко мне, облизнула губы. — Прошу, не делай глупостей! Ты ведь так хотел этого раньше, — прошептала она. Я хмуро осмотрел Аярну. После смерти Евы духи могут одобрить наш союз, это возможно. Только неужели она все еще верит, что я на это соглашусь?

      — И только? — удивился Хранитель. И даже позволил себе улыбнуться. — Что же, думаю, вопрос решен. Благородство Светлейшей не знает пределов…

      — Нет, — я чуть отступил назад, чтобы видеть сразу весь зал и, прикидывая, смогу ли выстоять против объединенной силы Совета. Вряд ли… Замкнув круг, эта сила становится почти непреодолимой.

      — Нет? — изумился Хранитель. — Но почему? Это прекрасное решение проблемы, Линтар! Если Светлейшая готова простить ваш обман всего лишь после одной жертвы…

      Конечно, можно было сказать, что Ева — истинная пара, но для подтверждения вызвали бы Ао. А он сразу поймет, кто такая моя дикарка, почувствует силу созидающих. И озвучит это, если кто-то возьмет на себя ответственность за ответ. А арманцы не оставят в живых дочь Энгера Арвалийского, даже зная, что она моя пара. Да Хром самолично задушит ее: мы не оставляем жизнь созидающим…

      Я завел ладонь с перстнем за спину, вытягивая из артефакта магию. Сила древнего предмета взорвалась внутри, потекла по венам жидкой лавой, обжигая даже меня, привычного к вечному огню.

      — Что значит «нет»? — вкрадчиво переспросил Хром. — Ты отказываешься принести духам свои извинения, Линтар?

      — Духам? — усмехнулся я, делая небольшой шаг назад. — Мне кажется, что это ты жаждешь моих извинений, Хром.

      Арх рассмеялся, Хранитель одарил его недовольным взглядом.

      — «Нет» означает «нет». Никаких жертв не будет. Наш союз с Аярной не действителен, и подтверждать его я не собираюсь. Так же, как и слагать с себя обязательства и передавать правление. Перстень власти останется у меня. И еще. Я собираюсь разрушить Стену до того, как Цветок запрет нас во дворцах, и выступить против армии с другой стороны. У кого-то еще есть ко мне вопросы?

      В зале повисла шокированная тишина. Старейшины наливались краснотой, их наросты уже почернели на кончиках. Правители смотрели изумленно. Я их даже понимал. Такой наглости духи еще не видели…

      — Он безумец! — Хром очнулся первый. — Обесчестил мою сестру, обманул духов, осквернил дорххам! Сколько еще нужно доказательств? Я требую передачи правления и Суда!

      — Разрушить Стену невозможно! — крикнул Арх, тоже вскочив.

      — Мы уже пробовали… — поддержал брата Рам.