— Террорист — это тот, кто выпал. Здесь пока без жертв. Террористом были применены два яда. Заложники сами синтезировали антидот от нервно-паралитических газов на основе фосфорорганики. Применили, и явно к месту. Одно отравляющее вещество вроде бы нейтрализовано. По поводу второго газа ничего не понятно, он нашими средствами не определяется. Состояние заложников пока стабильное. Хотя чем-то надышаться успели. У нас с собой есть противоядия почти от всего, но нельзя же им колоть все подряд, это и здоровые люди не выдержат. Когда будет врач?

Руководитель операции отвечал:

— Два врача на третьем борту, там же и корреспонденты государственного канала. Если для них опасности нет, я им разрешаю посадку на крышу. Принимайте! Остальные вертолеты посадим на крышу соседней гостиницы, там есть нормальная вертолетная площадка. Они будут ждать вашего решения — нужно эвакуировать по воздуху или нет. Докладывайте оперативно.

Глава 30

Водитель такси задумался, когда Илья попросил отвезти его в Рим. Таксист не узнал его, хотя видел репортажи из поместья. Но когда Илья обозначил сумму, дверь машины приветливо распахнулась.

Машина была хорошая, современная. Небольшой экран бортового компьютера был подключен к встроенному телевизионному приемнику. Прием был плохой, но время от времени картинка была устойчивой. Звук, пусть с помехами, шел практически все время.

Сначала все было более-менее спокойно. В основном обсуждались события, о которых Илья знал гораздо больше того, что сообщали корреспонденты. Но там, в Зальцбурге, все уже завершилось благополучно. И теперь Илью интересовали только новости о заложниках в римской гостинице.

Несколько часов не было изменений. Вновь и вновь повторяли биографии каждого из инвалидов — участников несостоявшейся олимпиады, обсуждали требования террориста, строили прогнозы. Когда Илья был уже примерно в часе езды от Рима, события начали стремительно развиваться по самому худшему сценарию.

Все мировые новостные телеканалы показывали примерно одно и то же. Дело в том, что только корреспонденты государственной телерадиокомпании были допущены в зону проведения операции по освобождению заложников. Именно их репортажи все и повторяли. Но зато репортеры в зоне операции имели уникальные возможности для съемок.

Три стационарные камеры были установлены непосредственно вокруг гостиницы — одна внизу и две на крышах соседних зданий. Первые несколько часов только эти камеры и давали изображение в эфир, что было нединамично и неинтересно. Тем не менее, именно эти камеры позволили определить начало драматических событий. Вылетающая в окно бомба, а затем медленно выпадающий из этого же окна человек вновь и вновь повторялись на экране.

Затем включилась первая мобильная камера. Один из корреспондентов был вместе со штурмовой группой на двенадцатом этаже. Отсюда пошел репортаж о подрыве лестницы и подъеме штурмовой группы наверх, в захваченный террористом комплекс. Почти сразу после этого пошло изображение и с другой мобильной камеры. Этот репортаж шел с борта вертолета, подлетавшего к месту событий.

Первое краткое интервью руководителя операцией, которое шло уже из холла гостиницы, было оптимистическим:

— Террорист погиб по собственной неосторожности. Других жертв на настоящий момент нет. Отравлены неизвестным пока ядовитым веществом двенадцать человек, их состояние удовлетворительное. После предварительного обследования места происшествия можно утверждать, что весь запас отравляющих веществ уже использован и он был невелик. Опасности для жителей города больше нет, дальнее оцепление снимается. Жители и сотрудники предприятий из ближайших кварталов могут возвращаться. Остающееся оцепление вокруг гостиницы предназначено для обеспечения порядка и эвакуации пострадавших заложников.

Затем пошел прямой репортаж из комнаты с бывшими заложниками. Было заметно, как на глазах нарастает озабоченность прибывших врачей из военного госпиталя. Они независимо обследовали тех, кто чувствовал себя хуже всех, — это были Турок и Индус. Турок еще не оправился от предыдущей смертельной угрозы, а у Индуса, по-видимому, была повышенная чувствительность к отравляющему веществу.

Паузу в репортаже с места события заполнил сюжет о заложниках. Это опять был отлаженный за последние дни материал об инвалидах — участниках олимпиады. В алфавитном порядке представляли каждого: их фотографии, кто из ребят откуда приехал, чем страдает и чем увлекается.

Прямой репортаж из комплекса на крыше гостиницы возобновился минут через двадцать. Врачи завершали обсуждение. Камера по очереди показывала лица ребят. Было очевидно, что за прошедшее время состояние большинства из них заметно ухудшилось.

Корреспондент подошел со спины к одному из врачей, когда тот громко и по-военному четко докладывал ситуацию через телефон спецсвязи руководителю операции. Если бы корреспондент заранее прогнозировал, что может в итоге пойти в прямой эфир, то, наверное, воздержался бы от этой съемки.