Читаем И грех, и смех полностью

Агроном выдержал минутную паузу, прежде

чем поставить точку.

– Он умер, – выразительно произнес агроном и

его слова прозвучали как удар гонга. – Ему, как и

всем, достался клочок земли размером один на два.

Так что такую возможность бог дал вам, – агроном

задержал взгляд своих глаз.

Босс моргнул глазами, осмысливая сказанное,

но до него так и не дошло философское понимание

жизни и смерти.

– Если продают, надо взять сказал босс. – Если

не продают, то надо сделать предложение, от которого они не смогут отказаться. Так?

– Не знаю, – ответил агроном. – Вам виднее. – Агроном знал, что у этой семьи, если они

продадут поле, возникнут серьезные проблемы

из-за кредитов, и он их жалел, но ничего не мог

поделать.

96

Отступление

– Сынок, мне тяжело об этом говорить, но я

решила в понедельник бросить поле.

– Как бросить? Продать?

– Да. Хочу всех обрадовать, – подтвердила она,

желая выслушать простую логику сына.

– А кредиты?

– Я не знаю и некого спросить.

– А покосить, мама? – с нерешительным тоном

спросил Сергей, после длительной паузы, уверенный, что мама сейчас взорвется.

Галина тяжело задышала, медленно встала из-за

стола под пристальным взглядом сына, в глазах которого поселился страх, и сжав кулаки, ударила об стол.

– Как? – Галя закричала. Потом она повторила

еще раз, оказавшись с ним лицом к лицу – как? Я

не могу руками с косой. У меня нет комбайна. Я

больше не могу ходить и унижаться. Что…, что я

должна делать? Скажи мне.

Сережа сидел, не двигаясь, уставив взгляд на

краешек стола. Казалось, что он перестал дышать,

даже ресницы не вздрагивали, кровь прилила к

лицу, и оно порозовело. Его руки, мирно покоившиеся на столе, дернулись и сжались в кулаки, на

глаза навернулись слезы ярости и беспомощности.

Он, униженный и подавленный, медленно встал и

ушел в свою комнату с опущенной головой и повисшими без движения как палки руками.

Мама, увидев душераздирающую картину, уронила голову на грудь, не в силах справиться с охватившим ее отчаянием, села и заплакала…

Сила воли

Сережа уставил взгляд на фото отца, помещенное в рамку золотистого цвета, пытаясь искать

97

ответы на непростые житейские проблемы. Он

смотрел на него с фотографии так же, как и когда

говорил: «Мужчина должен быть мужчиной всегда, и это не зависит от возраста».

Состояние матери задело Сережу за живое, и он,

недолго колеблясь, немедленно решил вмешаться

в дело. Взяв в руки телефон отца, который со дня

его смерти покоился на подоконнике, подключил к

компьютеру и стал изучать контакты. Он выписал

на листок бумаги последние непринятые вызовы,

среди которых вполне могли быть потенциальные

покупатели зерна. Он их систематизировал и повесил на стенку, чтобы подумать и поработать с каждым отдельно, понимая, что прежде надо изучить

конъюнктуру на рынке зерна по интернету.

Утром следующего дня Сережа сделал несколько звонков по телефону отца и, наконец, услышал:

– Ало, – тяжелый мужской голос. – Виталий?

– Здравствуйте, – ответил Сережа.

На том конце тягостная пауза, как реакция на

незнакомый юный голос.

– Извините, это же номер…

– Я его сын. Меня зовут Сергей.

– А где Виталий?

– Он умер. Три месяца назад, – ответил Сережа

сникшим голосом.

Длительное молчание.

– Мне очень жаль, Сережа, – произнес голос, –

прими мои соболезнования. Я друг вашего отца.

Меня зовут Володя, и ты можешь положиться на

меня.

– Дядя Володя, я хотел продать зерно.

– Я так и понял, Сережа. К сожалению, в этом

году я занимаюсь другими делами. Но я могу дать

тебе телефон человека, который поможет тебе,

если скажешь, что звонишь от меня. Хорошо? Запиши номер.

98

Соседка Варвара, заинтересованная в исходе

дела, набрала номер телефона Богдана с обеспокоенным видом на лице.

– Алло, Богдан, – начала Варвара, – неприятности. Соседка в понедельник продает поле вместе с

пшеницей инвестору.

Богдан от шока долго не мог говорить.

– Завтра же надо что-то сделать, – сказал Богдан.

– Завтра воскресенье, милый, – отпарировала

Варвара.

– Ничего я договорюсь с нотариусом, Главное –

заверить договор. И я вас попрошу узнать, за какую

цену она продает поле. Надо срочно вмешаться.

Поговорите с ней, Варвара Ивановна, – я не останусь в долгу.

Спозаранку Сергей готовился вмешаться в дело

и помочь маме победить.

– Пока, мама, – произнес Сережа серьезным тоном, покидая свою комнату. Он держал под мышкой деловую папку отца, а в руке – его телефон, что

придавало ему силы и уверенность.

– Ты куда? – спросила Галя с удивлением.

– По делам, – ответил Сережа по-взрослому, –

до вечера не жди меня, а на ужин приготовишь

что-нибудь вкусненькое?

Галя с минуту так и осталась стоять на крыльце с

открытым ртом. Он произнес это точь-в-точь, как и

Виталий: его походка, его осанка, его манеры. Моя

единственная опора в жизни. Мой маленький, вдруг

повзрослевший мальчик. Ее сердце сжалось, и она

пожалела, что вчера сорвалась на него: все всегда как

хорошее, так и плохое, достается самому близкому.

– Ты не завтракал, сынок, – вдогонку произнесла Галя.

– Я и обедать не буду, мама, – сказал Сережа, не

оглядываясь. – Пока.

Галя осталась тоскливо смотреть на калитку,

которую закрыл за собой ее сын.

99