Читаем И грех, и смех полностью

Иван смотрел прямо перед собой и тяжело дышал набухшими ноздрями.

106

– У меня такое чувство, что живу после смерти, –

сказал он с глубокомысленным видом. – После паузы добавил: – Я все всем прощаю.

Иван наконец встал – он еще пошатывался.

– Скажите, вы и завтра будете проезжать здесь? –

спросил Иван странным голосом.

Водители КамАЗа ошарашено переглянулись.

– Да, – ответил Илья, уже улыбаясь. – А что Вы

и завтра хотите прокатиться на буксире? Вам понравилось? – Все стоящие вокруг громко засмеялись.

– Да нет, – отрешенно ответил Иван, вспоминая жену и ее сон, – если не сегодня, то завтра это

должно было случиться. Ведь правда: чему быть,

того не миновать!

107

Сильный духом

Дима Козлов стоял за углом спортзала с сигаретой в зубах и бутылкой пива в руке. Самодовольное выражение не сходило с его лица. Высокий,

здоровый, с грязными волосами и холодными глазами, он смотрел на мир с издевкой, потому что в

школе все его боялись, учителя не желали с ним

связываться, а девчата уважали: все-таки сила.

С ним радовался жизни другой двоечник – Саша

Удодов, беспринципный тип с подобострастным

характером. Они кидали проходящим мимо них

ученикам комплименты и издевательства, пока

ожидали Илью Макарова, чтобы проучить его за

то, что начал заигрывать с одноклассницей Наташей Соколовой, десятиклассницей, самой красивой девочкой в школе. Проблема была в том, что

Козлов недавно начал дружить с ней.

– Эй, – раздался голос со стороны леса.

Илья, невысокого роста, с темными глазами и

волосами как у ежика, остановился с портфелем в

руке и обернулся. Одноклассники Козлов и Удодов

расслабленно стояли, ожидая его.

– Чего надо? – отозвался Илья.

– Подойди! – приказным тоном сказал Дима.

Илья почесал затылок и повернулся к ним.

Дима взял его за ворот и притянул к себе.

– Слышишь, козел, – сквозь стиснутые зубы

проговорил Дима. – Предупреждаю: если еще раз

хоть искоса глянешь на Наташу, убью и зарою.

Илья ответил на угрозу прямым взглядом.

– Отпусти! – Илья вырвал ворот куртки из рук

Козлова. – Да пошел ты! Не обзывай других своей

фамилией.

Завязалась драка.

Наташа сидела за кухонным столом и пила чай

вместе с мамой. Мать, Лидия Сергеевна, по губам

108

дочери определила, что она хочет что-то сказать.

Она, уронив голову на сжатые в кулаки руки, уставилась хитро-лукавым взглядом в серые глаза дочери, отмечая про себя, какой у нее красивый овал

лица с мраморной кожей. Губы, полные, как спелые вишни, безмолвно что-то шептали.

– Что? – улыбаясь, спросила Наташа. Она догадывалась, что уже выдала себя. Маме не нужны были

слова, чтобы чувствовать ее настроение и мысли.

– Я ничего, – простодушно ответила мама. –

Что-нибудь случилось?

– Нет, – коротко ответила Наташа. Она еще с

минуту молча водила указательным пальцем по

краешку чашки с зеленым чаем, опустив на нее глаза, осененные длинными пушистыми ресницами.

– Хм, я сегодня получила от Ильи записку о

дружбе и… – стеснительно проговорила она, затем

вскинула голову и посмотрела маме в глаза. – Дима

об этом узнал, и они подрались. Я правда не знаю,

как должна поступить.

Мама сделала задумчивый вид.

– Как велит тебе твое сердце, дочь, – высказала

Лидия свое мнение серьезным тоном. – Если честно, Дима – парень с телосложением спортсмена и

характером. За ним можно почувствовать себя как

за каменной стеной. Мало ли что у него проблемы с

учебой. Сегодня именно такие, как он, добиваются

успеха. Мир принадлежит сильным, дерзким. Какой толк от того, что Илья – отличник? Ну выучится на кого-нибудь и станет юристом или экономистом. Будет потом ходить с папкой под мышкой,

как ботаник. И как только столкнется с проблемами, слиняет, поджав хвост, как твой отец. Я не

знаю, – она беспомощно помотала головой.

– Ботаник? – недоумевающе спросила дочь.

– Да, именно ботаник, – уверенно подтвердила

свои слова мать. – Так что намотай себе на ус: надо

выбирать сильных.

109

Илья добрался до калитки своего двора, ногой

злобно толкнул калитку и вошел во двор. Его встретила болонка, которая стала лезть под ноги, мешая

хозяину двигаться. «Каждый по-своему выражает

любовь», – подумал Илья. Он на ходу нагнулся и

коснулся ее свободной рукой, чтобы успокоить.

Войдя в прихожую, он небрежно бросил школьную сумку на полку вешалки. В гостиной было

тихо и горел свет. Не желая видеться с кем бы то

ни было из домашних, он прошел в свою комнату и плюхнулся на кровать лицом вниз. Его воображение рисовало ему улыбающееся, неотразимо

красивое лицо Наташи, и ему с болью приходилось

осознавать, что появилась проблема и угроза, повисшая в воздухе.

Он не услышал, как отворилась дверь и в комнату вошла мать.

– Илья, – позвала мама взволнованным голосом, подойдя к кровати. – Что случилось?

Илья съежился от ощущения того, что мимо

мамы не могли проходить даже чувства, не то

что драка. Телепатия или хрен его знает что. Если

люди не донесут, то это сделает птица, муха, ветер… Илья встал, и он увидел, как ее глаза стали в

ужасе округляться.

– Это что такое? – спросила мать, протягивая руку

к глазу сына, где темнел синяк. – Кто это сделал?

– Упал, – сухо ответил Илья, ощупывая рану.

Мать недоверчиво сказала: