Читаем i 77717a20ea2cf885 полностью

  - Нет! - огрызаюсь. Лучше бы она попросила к запахам прислушаться, их тут полно: и травы скошенной где-то невдалеке, и влажной глины, и дымков, тянущих со стороны города - между прочем, хлебом пахнет, а есть-то хочется... Но принюхиваться задания не поступало.

  - Хорошо, идём дальше. Снова прикрой глаза и мысленно позови свою Нору. Нет, глаз не открывай! Просто мысленно скомандуй: "Ко мне!" И старайся уловить ответную волну.

  Я честно пытаюсь. Хотя своенравный и набалованный собакин и в обычное-то время команды понимала только, когда хотела что-то получить взамен, а уж, увлекшись погонями за луговыми зверушками, в гробу видала всю это дрессуру, устную или мысленную. Ведунье просто был неведом характер лабрадоров, которые и до старости ведут себя, как щенки.

  - Н-да, - итожит Гала. - И здесь по нулям. Что ж, цепляй животину на поводок, пока она всех мышей в округе не напугала своей добротой. Здесь у нас всё.

  Кто-кто, а Норка явно недовольна тем, что пора идти. С кем уж она успела подружиться - не знаю, но то и дело оглядывалась на прибрежные кусты, словно оттуда ей вслед махали платочками. Наверняка или ёжика нашла, или выдру встретила.

  - В город ещё рано, - бормочет Гала. - Слободки только просыпаются, лавки закрыты. Сейчас чайку попьём, чуток поговорим, а часа через два к оружейникам заглянем.

  - Искать того гада? - спрашиваю кровожадно. Ведунья непонимающе вздёргивает бровь. - Который девочке плохой доспех подсунул! Ты ж обещала его по стене размазать!

  - А, вот ты про кого. Куда он денется, найду... Нет, это мы тебя, голуба, ещё по одному параметру протестируем: чем ты владеть сумеешь, мечом, ножом или какой ещё железкой. Вчера у тебя вроде неплохо получилось, по рассказам мужичков-то. Сымпровизировала с прутом или опыт какой имелся?

  Я спотыкаюсь на ровном месте.

  - Гала! Даже не вздумай! Какой меч? Да я покалечусь сразу же, и это будет на твоей совести, так и знай!

  - Покалечишься - не страшно, вылечу, - рассеяно отвечает та. И спохватывается. - Постой-ка! Что, так плохо? Совсем ничем не владеешь? А как же тебя угораздило раптора кокнуть?

  И приходится мне рассказывать обо всём в подробностях. Я выкладываю и про нелепую схватку, которая для меня закончилась благополучно только по случайности, и про то, как позорно бежала от зверя, и лишь сходство девичьего голоска с голосом моей дочки заставило повернуть назад, и про железный прут из чужой ограды, и, наконец, про то, как вообще сюда попала. А потом повторяю то же самое, только в хронологическом порядке.

  За это время мы успеваем вернуться в дом и осесть на кухне. Гала уже поставила на плиту чайник, положила Норе какой-то кашки, выставила из массивного буфета на стол большие керамические кружки и несколько баночек с мёдом - судя по цвету, разного вида. Низкий стол придвинут к большому угловому дивану, устланному пёстрыми лоскутными ковриками, и то, что столешница почти вровень с диваном - удобно; и то, что от плиты и уходящей в стену небольшой печи-голландки веет теплом и покоем - хорошо, правильно, по-домашнему. А полки на Галиной кухне не только с посудой, есть среди них и книжные, подальше от печного угла. С такой кухни и уходить не хочется, и необходимость в других комнатах отпадает, если только ты не одна живёшь...

  Гала была одна. Одинокая женщина всегда почувствует такую же.

  Утро наступает окончательно, и хозяйка, поморщившись от слишком яркого света, приспускает штору на окне. Я давно скинула и плед, и ветровку, но Гала так и остаётся в свитере. Люди подобной конституции часто зябнут. А скорее всего, ей просто неможилось: и тени под глазами обозначились, и то и дело потирала висок, как от головной боли. Ничего удивительного: полночи провозилась с раненой девочкой, а потом, должно быть, сразу же взялась за меня. Было у неё хоть немного времени, чтобы поспать?

  Она расспрашивает обо мне, о семье, о работе, о том, что мне нравится, и от чего стараюсь отвертеться, какими были обстоятельства моего рождения и рождения дочек, живы ли родители... Выпытывает моё настоящее имя, хмыкает. Заваривает и, наконец, разливает душистый травяной чай. Суёт мне кружку под нос.

  - Определи состав.

  - Душица, - тотчас отвечаю. А что гадать-то, я же видела, какие травки с пучков, развешанных вдоль печки, она отщипывает. - Мелисса, лимонник. - Принюхиваюсь. - Зверобой, немного багульника, календула, шалфей. И какая-то ягода чувствуется.

  - Ягоду и не узнаешь, она местная. Молодец. Хоть в чём-то молодец.

  - И о чём это говорит? - я заедаю обидное "хоть в чём-то" ложечкой мёда. - Мёд каштановый?