Читаем Гусли, звените… полностью

Город каменный над озером стоит,А живёт в нём всё порядочный народ.А кругом стена из вытесанных плит,В той стене – широких четверо ворот.Протянулись до повинных деревеньПрямоезжие четыре большака:Как на полночь, на восход, на красный день…И последняя дорога – на закат.Той дорогой, как говаривали встарь,По обычаю прадедовских времёнВ славный город заезжал пресветлый царь,И плясал под ним ретивый рыжий конь.Хлебом-солью все подвластные краяПривечали воспринявшего венец.А кругом качались копий острия,И для пира приготовлен был дворец.Но владыка наш коня остановилНа дороге у широкого моста:Там на подвыси[21], в колодках, весь в кровиОбречённик ждал последнего кнута.Он держался как воды набравши в рот,Только кудри слиплись по́том у лица.И ударов не считал уже народ,Опечаленный злосчастьем удальца.«Погоди! – сказал владыка палачу,Исполнявшему жестокий приговор. —Я спросить у вас, желанные, хочу,Как расправы доискался этот вор?»Отвечали городские большаки:«А за то злодей-разбойник брошен ниц,Что сиротам раздавал он пирожки,Платьем крашеным одаривал вдовиц.С кистенёчком обходил ростовщиков,Покупал котёл похлёбки для детей…»Царь отмолвил: «А парнишечка бедов!И ему уже достаточно плетей.Это вас бы, волостелей, на правёж:Вы-то сыты и одеты хоть куда!Тот людей казнить и миловать не гож,Кто убогим не опора, а беда!..Я велю разбить колодки, спрятать кнут,Смыть бесчестье полновесным серебром!Пусть отныне и вовек его зовутСамым первым, изначальным котляром![22]Да разгладится Владычицы чело!Да узрит Она достойные дела!..»…Так рассказывать, ребята, повелосьО святом начале нашего котла[23].

<p>Влюблённые</p>

Приходим в мир, как навсегда,Спешим цвести, и не беда,Что бегут года.Вчерашний цвет уже в пыли —Таков от века путь детей земли.Взгляд в глаза —И вдруг гроза,И вершатся чудеса,Искры бегут в крови.Кто-то взыскует услады,Кто-то – блеснуть нарядом,Только не будет наградыВыше самой любви!Скоро умолкнут все голоса,Свищет над нами смерти коса,Но не навек ей отмерена власть —В новых сердцах оживёт наша страсть.Сломана будет забвенья печать —Юность цветёт опять.Так, значит, мы не зря прошлиПод солнцем свой путь детей земли…

<p>Мятежный царевич</p>

Перейти на страницу:

Все книги серии Азбука-поэзия

Гармония слов. Китайская лирика X–XIII веков
Гармония слов. Китайская лирика X–XIII веков

Лирика в жанре цы эпохи Сун (X-XIII вв.) – одна из высочайших вершин китайской литературы. Поэзия приблизилась к чувствам, отбросила сковывающие формы канонических регулярных стихов в жанре ши, еще теснее слилась с музыкой. Поэтические тексты цы писались на уже известные или новые мелодии и, обретая музыкальность, выражались затейливой разномерностью строк, изысканной фонетической структурой, продуманной гармонией звуков, флером недоговоренности, из дымки которой вырисовывались тонкие намеки и аллюзии. Поэзия цы часто переводилась на разные языки, но особенности формы и напевности преимущественно относились к второстепенному плану и далеко не всегда воспроизводились, что наносило значительный ущерб общему гармоничному звучанию произведения. Настоящий сборник, состоящий из ста стихов тридцати четырех поэтов, – первая в России наиболее подробная подборка, дающая достоверное представление о поэзии эпохи Сун в жанре цы. В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Коллектив авторов

Поэзия
Лепестки на ветру. Японская классическая поэзия VII–XVI веков в переводах Александра Долина
Лепестки на ветру. Японская классическая поэзия VII–XVI веков в переводах Александра Долина

В антологию, подготовленную известным востоковедом и переводчиком японской поэзии Александром Долиным, вошли классические произведения знаменитых поэтов VII–XVI вв.: Какиномото Хитомаро, Ямабэ Акахито, Аривара Нарихира, Сугавара Митидзанэ, Оно-но Комати, Ки-но Цураюки, Сосэй, Хэндзё, Фудзивара-но Тэйка, Сайгё, Догэна и др., составляющие золотой фонд японской и мировой литературы. В сборник включены песни вака (танка и тёка), образцы лирической и дидактической поэзии канси и «нанизанных строф» рэнга, а также дзэнской поэзии, в которой тонкость артистического мироощущения сочетается с философской глубиной непрестанного самопознания. Книга воссоздает историческую панораму поэзии японского Средневековья во всем ее жанрово-стилистическом разнообразии и знакомит читателя со многими именами, ранее неизвестными в нашей стране. Издание снабжено вступительной статьей и примечаниями. В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Коллектив авторов

Поэзия
В обители грёз. Японская классическая поэзия XVII – начала XIX века
В обители грёз. Японская классическая поэзия XVII – начала XIX века

В антологию, подготовленную известным востоковедом и переводчиком японской поэзии Александром Долиным, включены классические шедевры знаменитых поэтов позднего Средневековья (XVII – начала XIX в.). Наряду с такими популярными именами, как Мацуо Басё, Ёса-но Бусон, Кобаяси Исса, Мацунага Тэйтоку, Ихара Сайкаку, Камо Мабути, Одзава Роан Рай Санъё или инок Рёкан, читатель найдет в книге немало новых авторов, чьи творения украшают золотой фонд японской и мировой литературы. В сборнике представлена богатая палитра поэтических жанров: философские и пейзажные трехстишия хайку, утонченные пятистишия вака (танка), образцы лирической и дидактической поэзии на китайском канси, а также стихи дзэнских мастеров и наставников, в которых тонкость эстетического мироощущения сочетается с эмоциональной напряженностью непрестанного самопознания. Ценным дополнением к шедеврам классиков служат подборки юмористической поэзии (сэнрю, кёка, хайкай-но рэнга), а также переводы фольклорных песенкоута, сложенных обитательницами «веселых кварталов». Книга воссоздает историческую панораму японской поэзии эпохи Эдо в ее удивительном жанрово-стилистическом разнообразии и знакомит читателя с крупнейшими стихотворцами периода японского культурного ренессанса, растянувшегося на весь срок самоизоляции Японии. Издание снабжено вступительной статьей и примечаниями. В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Антология , Александр Аркадьевич Долин , Поэтическая антология

Поэзия / Зарубежная поэзия / Стихи и поэзия
Время, бесстрашный художник…
Время, бесстрашный художник…

Юрий Левитанский, советский и российский поэт и переводчик, один из самых тонких лириков ХХ века, родился в 1922 году на Украине. После окончания школы поступил в знаменитый тогда ИФЛИ – Московский институт философии, литературы и истории. Со второго курса добровольцем отправился на фронт, участвовал в обороне Москвы, с 1943 года регулярно печатался во фронтовых газетах. В послевоенное время выпустил несколько поэтических сборников, занимался переводами. Многие стихи Леви танского – «акварели душевных переживаний» (М. Луконин) – были положены на музыку и стали песнями, включая знаменитый «Диалог у новогодней елки», прозвучавший в фильме «Москва слезам не верит». Поворотным пунктом в творчестве поэта стала книга стихов «Кинематограф» (1970), включенная в это издание, которая принесла автору громкую славу. Как и последующие сборники «День такой-то» (1976) и «Письма Катерине, или Прогулка с Фаустом» (1981), «Кинематограф» был написан как единый текст, построенный по законам музыкальной композиции. Завершают настоящее издание произведения из книги «Белые стихи» (1991), созданной в последние годы жизни и признанной одной из вершин творчества Юрия Левитанского.

Юрий Давидович Левитанский

Поэзия
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже