Читаем Гусли, звените… полностью

Я когда-нибудь стану героем, как ты.Пусть не сразу, но всё-таки я научусь.Ты велел не бояться ночной темноты.Это глупо – бояться. И я не боюсь.Если встретится недруг в далёком путиИли яростный зверь на тропинке лесной —Попрошу их с дороги моей отойти!Я не ведаю страха, пока ты со мной.Я от грозного ветра не спрячу лицоИ в суде не смолчу, где безвинных винят.Это очень легко – быть лихим храбрецом,Если ты за спиною стоишь у меня.Только даром судьба ничего не даёт…Не проси – не допросишься вечных наград.Я не знаю когда, но однажды уйдётИ оставит меня мой защитник, мой брат.Кто тогда поспешит на отчаянный зов?Но у края, в кольце занесённых мечей,Если дрогнет душа, я почувствую вновьПобратима ладонь у себя на плече.И такой же мальчонка прижмётся к ногам,Как теперешний я, слабосилен и мал,И впервые не станет бояться врага,Потому что героя малец повстречал.

<p>«Была любимая…»</p>

Была любимая,Горел очаг…Теперь зови меняНесущим мрак!Чужого паруса растаял след…С тех пор я больше не считал ни месяцев, ни лет.Была любимаяИ звёзд лучи.Теперь зови меняСкалой в ночи!Я просыпаюсь в шторм, и вновь вперёдПо гребням исполинских волн мой конь                                                        меня несёт.Была любимаяИ свет небес.Теперь зови меняТворящим месть!Со мною встретившись, уйдёшь на дно,И кто там ждёт тебя на берегу – мне всё равно.Была любимаяИ степь весной.Теперь зови меняКошмарным сном!Дробится палуба и киль трещит —Проклятье не поможет и мольба не защитит…Была любимаяИ снег в горах.Теперь зови меняДарящим страх!Поставит выплывший на карте знак —Меня там больше нет: я ускакал назад во мрак.Была любимая,И смех, и грусть.Теперь зови меня —Не отзовусь!Пока чиста морских небес лазурь,Я сплю и вижу прошлое во сне – до новых бурь…

<p>«Когда восстанет род на род…»</p>

Когда восстанет род на род,За преступление отмщая,Попомнят люди чёрный годИ внукам кротость завещают.Коль чести нет, пусть лютый страж —Надёжный страх – прочистит разум!И потому обычай наш —Платить за всё. Сполна. И сразу!…Но всё ж противится душаИ жалость гасит гнев наследный…Убить легко. А воскрешать —Сей светлый дар нам свыше не дан…Окончен бой. Свершилась месть…Но как на деле, не для виду,Черту под прошлое подвесть,Забыв про древнюю обиду?Как станешь ты смотреть в глазаИ жить забор в забор с соседом,Над кем всего лишь день назадХмельную праздновал победу?Чтоб не тянулась эта нить,Сплетаясь в саваны для гроба,Быть может, лучше всё простить?И не отмщать? И жить без злобы?..…Попробуй это докажиТому, чей сын уже не встанет!А те, кого оставил жить,Тебя же вздёрнут на аркане…
Перейти на страницу:

Все книги серии Азбука-поэзия

Гармония слов. Китайская лирика X–XIII веков
Гармония слов. Китайская лирика X–XIII веков

Лирика в жанре цы эпохи Сун (X-XIII вв.) – одна из высочайших вершин китайской литературы. Поэзия приблизилась к чувствам, отбросила сковывающие формы канонических регулярных стихов в жанре ши, еще теснее слилась с музыкой. Поэтические тексты цы писались на уже известные или новые мелодии и, обретая музыкальность, выражались затейливой разномерностью строк, изысканной фонетической структурой, продуманной гармонией звуков, флером недоговоренности, из дымки которой вырисовывались тонкие намеки и аллюзии. Поэзия цы часто переводилась на разные языки, но особенности формы и напевности преимущественно относились к второстепенному плану и далеко не всегда воспроизводились, что наносило значительный ущерб общему гармоничному звучанию произведения. Настоящий сборник, состоящий из ста стихов тридцати четырех поэтов, – первая в России наиболее подробная подборка, дающая достоверное представление о поэзии эпохи Сун в жанре цы. В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Коллектив авторов

Поэзия
Лепестки на ветру. Японская классическая поэзия VII–XVI веков в переводах Александра Долина
Лепестки на ветру. Японская классическая поэзия VII–XVI веков в переводах Александра Долина

В антологию, подготовленную известным востоковедом и переводчиком японской поэзии Александром Долиным, вошли классические произведения знаменитых поэтов VII–XVI вв.: Какиномото Хитомаро, Ямабэ Акахито, Аривара Нарихира, Сугавара Митидзанэ, Оно-но Комати, Ки-но Цураюки, Сосэй, Хэндзё, Фудзивара-но Тэйка, Сайгё, Догэна и др., составляющие золотой фонд японской и мировой литературы. В сборник включены песни вака (танка и тёка), образцы лирической и дидактической поэзии канси и «нанизанных строф» рэнга, а также дзэнской поэзии, в которой тонкость артистического мироощущения сочетается с философской глубиной непрестанного самопознания. Книга воссоздает историческую панораму поэзии японского Средневековья во всем ее жанрово-стилистическом разнообразии и знакомит читателя со многими именами, ранее неизвестными в нашей стране. Издание снабжено вступительной статьей и примечаниями. В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Коллектив авторов

Поэзия
В обители грёз. Японская классическая поэзия XVII – начала XIX века
В обители грёз. Японская классическая поэзия XVII – начала XIX века

В антологию, подготовленную известным востоковедом и переводчиком японской поэзии Александром Долиным, включены классические шедевры знаменитых поэтов позднего Средневековья (XVII – начала XIX в.). Наряду с такими популярными именами, как Мацуо Басё, Ёса-но Бусон, Кобаяси Исса, Мацунага Тэйтоку, Ихара Сайкаку, Камо Мабути, Одзава Роан Рай Санъё или инок Рёкан, читатель найдет в книге немало новых авторов, чьи творения украшают золотой фонд японской и мировой литературы. В сборнике представлена богатая палитра поэтических жанров: философские и пейзажные трехстишия хайку, утонченные пятистишия вака (танка), образцы лирической и дидактической поэзии на китайском канси, а также стихи дзэнских мастеров и наставников, в которых тонкость эстетического мироощущения сочетается с эмоциональной напряженностью непрестанного самопознания. Ценным дополнением к шедеврам классиков служат подборки юмористической поэзии (сэнрю, кёка, хайкай-но рэнга), а также переводы фольклорных песенкоута, сложенных обитательницами «веселых кварталов». Книга воссоздает историческую панораму японской поэзии эпохи Эдо в ее удивительном жанрово-стилистическом разнообразии и знакомит читателя с крупнейшими стихотворцами периода японского культурного ренессанса, растянувшегося на весь срок самоизоляции Японии. Издание снабжено вступительной статьей и примечаниями. В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Антология , Александр Аркадьевич Долин , Поэтическая антология

Поэзия / Зарубежная поэзия / Стихи и поэзия
Время, бесстрашный художник…
Время, бесстрашный художник…

Юрий Левитанский, советский и российский поэт и переводчик, один из самых тонких лириков ХХ века, родился в 1922 году на Украине. После окончания школы поступил в знаменитый тогда ИФЛИ – Московский институт философии, литературы и истории. Со второго курса добровольцем отправился на фронт, участвовал в обороне Москвы, с 1943 года регулярно печатался во фронтовых газетах. В послевоенное время выпустил несколько поэтических сборников, занимался переводами. Многие стихи Леви танского – «акварели душевных переживаний» (М. Луконин) – были положены на музыку и стали песнями, включая знаменитый «Диалог у новогодней елки», прозвучавший в фильме «Москва слезам не верит». Поворотным пунктом в творчестве поэта стала книга стихов «Кинематограф» (1970), включенная в это издание, которая принесла автору громкую славу. Как и последующие сборники «День такой-то» (1976) и «Письма Катерине, или Прогулка с Фаустом» (1981), «Кинематограф» был написан как единый текст, построенный по законам музыкальной композиции. Завершают настоящее издание произведения из книги «Белые стихи» (1991), созданной в последние годы жизни и признанной одной из вершин творчества Юрия Левитанского.

Юрий Давидович Левитанский

Поэзия
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже