Читаем Грубая сила полностью

— Опять я правитель, душащий свободу и убивающий конкуренцию. Что же, Ильдико, давай устроим свободу в твоём теле. Решения в нём будут принимать голосованием депутаты от всех органов — сердца, печени и почек и других. Правда, как считать голоса? По количеству клеток? Так у разных органов разная скорость обновления. По массе? Я уже слышу голоса: «Хватит кормить головной мозг!» Язык будет торговать своими рецепторами, заглушая их в нужный момент и допуская в пищеварительную систему того, кто больше платит. Костный мозг продаст кровь другому организму. А если это не нравиться головному мозгу, если он отмирает из-за кислородного голодания, то пусть продаёт свои услуги на мировом рынке и на это покупает кровь. Отомрёт — туда ему и дорога, неконкурентоспособен, купим чужой. Такой организм долго не проживёт даже при полном бездействии конкурентов.

— Ваша экстраполяция весьма интересна, но безгранично далека от реальности.

— Ваше мнение весьма ценно, мы обязательно вернёмся к этому вопросу позднее.

— Всегда к вашим услугам.

Разговор зашёл в тупик и Виккрав предложил беспроигрышную тему:

— Люди приходят сюда по разным причинам. Самоутверждение, жажда новых впечатлений, самореализация. Большинство предпочитает другие проекты, скажем, более обустроенные. Что же заставило мать бросить ребёнка и окунуться в этот далёкий от идеала мир?

— Премного благодарю за вашу заботу о моей семье. Что же касается моей мотивации, тут нет однозначного ответа. Я и исследователь, познание этого мира позволяет смотреть на реальный совсем по-другому. И желание славы, хочу оставить после себя яркий, индивидуальный след, люблю общаться с людьми, ну и это сладкое чувство превосходства. А главное — здесь свободы больше. Никто не навязывает товар, не моет мозг, не призывает связывать свою самооценку с трижды перевранными событиями прошлого и настоящего, нет вечнозудящего информационного шума, нет квалифицированных неврастенников- потребителей. Даже время течёт по-другому.

Стоп. Труффальдино. Слуга двух господ. Как она умело меня отвлекла, когда поняла, что проговорилась!

— Отличная самореклама! Одобряю всецело. Думаю, Дерзелас после таких слов сразу бы сделал тебе предложение, — Виккрав выделил слово "предложение".

— Увы, я появилась здесь слишком поздно.

Ну да, приму на веру.

— Ваша фраза про Труффальдино из Бергамо заиграла новыми красками, в свете того, что этот слуга получал двойное жалование, ухитряясь работать на двоих господ.

А что, Девушка скрытная. В официальных списках не значится. Ты сидишь, радуешься, какой отличный источник информации, всё про соседа знаю. Он тем временем думает то же самое. И кончится всё как в том фильме о двух мошенниках.

— Всё гораздо интереснее, если учесть, что полную оплату за службу Камерии я так и не увидела. Дерзелас — великий человек. Только строить не умел, предпочитал быть осью, вокруг которой все вращаются. Ось пропала, конструкция рассыпалась. Если конгрегатор припишет мне сотрудничество с людьми, чья защита от внутриличностных конфликтов путём проекции во внешний мир дошла до убийств, по-человечески обижусь.

— Колыбель не заканчивается на Накедаро.

Девушка молча то смотрела в землю, то переводила взгляд на собеседника, её фигура говорила о закрытости и напряжении. Наконец Ильдико заговорила голосом с заметной долей неуверенности:

— Офир не только место новых возможностей, но и шанс доказать свои идеи. Мне малоинтересны строители всевозможных — измов и — атий, не вызывают симпатию и энтузиасты, пытающиеся захватить Вельтран при помощи кочевников, размазанных на сотни квадратных километров. Меня всегда интересовали теории заговора. Могущественные тайные организации, управляющие миром. Вот я и пробую осуществить это на практике. Это и есть моё предложение, — её голос дрогнул.

Надо поддержать такое признание, чтобы всё выложила.

— Я уже чувствую множество невидимых ниточек, сковавших мою свободу. Камерия уже тратит все ресурсы ради чужих интересов, — заявил в притворном ужасе Виккрав.

Девушка оценила иронию, от волнения не осталось следа:

— Какой конфуз! Целая страна покорилась тайной организации, существующей целых десять оборотов и состоящей из одного человека.

— Вообще, Камерия проводит политику полного суверенитета во внешних и внутренних делах. Открытость, честность, стремление к взаимовыгодному сотрудничеству, все эти принципы противоречат поддержке тайных организаций.

— Несомненно, мир во всём мире и всеобщее благополучие являются приоритетами вашей политики. Представляемая мной организация будет, несомненно, действовать в этом же направлении путём поддержки качественного человеческого материала.