Читаем Грубая сила полностью

— Потому что Питирим до войны половину времени проводил в Жемчужине. Рыцари-знаменосцы регулярно пьянствовали с йцукенстанскими торгашами. Зачем нужны шпионы, когда есть целый барон, управляющий экономикой Виндланда? Вот где предательство.

Заговорщики пристыжено молчали.

— А вы помните, кто из нас троих здесь собравшихся последовательно выступал за ликвидацию этой предательской вольницы? — Авиан продолжал задавать вопросы без ответа.

Разговор как-то пошёл не по плану: вместо морального превосходства посетители почувствовали себя неуютно.

— Но ты всё равно предатель. Ты помог кланам пробраться в донжон! — нашёлся Саргон.

— Это решение далось мне тяжело. Но, я считаю это правильным решением, если войну невозможно выиграть, то её следует проиграть с минимальными издержками.

— Правильное решение, это драться до конца, предатель!

— Саргон, посмотри внимательно вокруг храма, кого ты видишь?

Игрок честно ответил:

— Никого не вижу.

— Разговариваешь с предателем. Но не видишь десяток цигов, предвкушающих захват цивилов, за которых назначена награда. Или у тебя проблема с глазами, или я не предатель.

— Короче, заткнись, Саргон, — резюмировал Хедера.

Бывший командир кавалерии, ошарашенный таким резким поворотом, удивлённо замолчал.

— Но ты никогда не станешь для них своим, насколько я понимаю Эдельвейса, — задумчиво произнёс Плющ.

— Когда-нибудь он меня забанит, — согласился Авиан, — но пока он без меня как без рук и я вовсю этим пользуюсь. Угадай, с чьей подачи он надел корону и потребовал присяги наших соседей?

Хедера удивлённо присвистнул, бросил быстрый взгляд на Саргона и протянул руку Авиану:

— Тогда я в деле!

В процессе рукопожатия поклонник Дагды резко притянул не предателя к себе и нежно проговорил:

— Но играешь ты в эту игру не ради Девка, не ради Виндланда, а потому что это самое комфортное состояние для тебя.

— Высшее искусство состоит в том, чтобы занять в потоке жизни место, соответствующее твоим способностям и стремлениям.