Читаем Греховная принцесса полностью

Так же, как он поступил прошлой ночью.

Мне не следовало идти на тот вечер покера в доме для Блейк. Если бы я этого не сделала, то никогда бы не встретила его и…

— Нет, — кричу я, не в силах сдержать слова.

Несмотря на все это, боль, смятение, неизвестность, я не могу представить свою жизнь без него.

Его сверкающие серые глаза, его игривая ухмылка, его грязные слова и дразнящие прикосновения.

Одно могу сказать точно: он сыграл со мной свою лучшую игру.

Надеюсь, она того стоила.

В конце концов, я больше не могу выносить холод и поднимаюсь на ноги, позволяя воде омыть меня. Я выхожу, беру полотенце и иду к раковине. Я делаю все то, что обычно делаю, — умываю лицо, чищу зубы, но меня как будто здесь нет, как будто я вижу в зеркале не себя, а какого-то роботизированного незнакомца.

Не в силах смотреть на себя, я опускаю голову и быстро заканчиваю работу.

Тяжело ступая, я пересекаю комнату и открываю дверь в ванную.

Мой взгляд сразу же падает на идеально заправленную кровать и поднос, полный всяких вкусностей, стоящий посреди нее.

Войдя в комнату, я оглядываюсь по сторонам, наполовину ожидая увидеть его, ожидающего меня.

Но она пуста.

Я не должна быть разочарована, но я разочарована.

Подавив эту нелепую реакцию, я иду в гардеробную, чтобы подобрать себе одежду.

Натянув майку со встроенным бюстгальтером и шорты, я вытаскиваю стул из угла комнаты и несу его в спальню. Засунув спинку под дверную ручку, я киваю сама себе.

Хотя я и ценю жест, который он для меня оставил, я также хочу, чтобы в следующий раз я увидела его на моих условиях. А не потому, что он решил, что мне что-то нужно, и впустил себя внутрь.

Схватив телефон, который я оставила прошлой ночью, я ложусь в постель, вдыхая аромат свежих простыней, и осматриваю содержимое подноса, стараясь не замечать, что он сделал все это для меня молча, пока я была в ванной.

Свежеиспеченные круассаны, дорожная кружка, в которой, как я полагаю, есть горячий кофе, еще печенье, чипсы, фрукты, завернутый сэндвич и две бутылки воды. Все, что мне нужно, чтобы спрятаться здесь на весь день. И одна вещь, которая мне действительно не нужна.

Записка. С моим именем, нацарапанным сверху.

— Черт, — шиплю я, глядя на нее.

Какая-то часть меня не хочет ее читать, но я не могу отрицать, что есть большая часть, которая хочет.

Но… что, если там есть и более страшная ложь? Которую он так и не смог рассказать, потому что я его выгнала? Смогу ли я справиться с этим?

Прежде чем принять решение, я набираю номер сестры и прижимаю его к уху.

Мы редко общаемся без видеосвязи, если только кто-то из нас не работает, но сейчас ей незачем видеть мое лицо. Один взгляд, и она поймет, насколько я разбита.

— Иви! Как дела в этой глуши с твоим горячим и сексуальным мужчиной? — радостно отвечает она.

Я сглатываю, не в силах подобрать слова.

— Иви?

Трудно описать звук, вырвавшийся из моего горла. Что-то среднее между всхлипом и рычанием. Что бы это ни было, оно в полной мере отражает мою жизнь сейчас.

— Черт, детка. Что случилось? Что случилось? Ты в порядке? — торопливо говорит Блейк.

— Я в порядке, — хнычу я.

— Включи видео. Мне нужно тебя видеть.

— Нет, Блейк. Все в порядке. Это…

— Иви, — предупреждает она, звучащая очень похоже на то, что я помню о маме, когда она нас ругала.

С раздражением я делаю то, что мне говорят, и как только камера показывает мое лицо, она вскрикивает.

— Что он наделал? Я ему за это яйца оторву, что бы это ни было, — обещает она, заставляя меня улыбнуться.

— Может, не надо, — говорю я. — Мне нравится, когда они прикреплены.

— Иви, — вздыхает она. — Расскажи мне все.

— У нас был секс, — пролепетала я, не в силах пока погрузиться в более глубокие темы.

— Да? — спрашивает она, глядя мне в глаза. — Это было настолько плохо, что ты разрыдалась? Черт, мне очень жаль. Я была уверена, что он будет двигаться и…

— Это было не плохо, Блейк. Это было… — Она молчит, а я пытаюсь найти нужные слова. — Потрясающе. Болезненно и немного грязно, но все равно удивительно. Он был таким милым и заботливым. Заботился обо мне, следил, чтобы все было хорошо, — признаюсь я, мои испачканные слезами щеки пылают от воспоминаний.

— Так почему же слезы?

Я фыркаю, поднимая руку, чтобы вытереть нос.

— Он лгал мне, Блейк. Все это время я думала, что это он купил меня, чтобы защитить, но это не так. Это сделал кто-то другой, и он перехватил меня. Вот почему мы действительно прячемся здесь.

— Черт, Иви. Я не…

Не знаю почему, но то, что он рассказал мне о своей работе, не прошло мимо моих губ. Вместо этого я провожу следующий час в чате с сестрой, обсуждая все возможные аспекты этого нового откровения, пока ем три круассана и пью кофе.

Когда мы наконец отключаемся, я истощена и эмоционально, и физически, и, отпихнув поднос в сторону, сползаю еще дальше под простыни и сворачиваюсь в позу эмбриона.

Но как бы мне ни хотелось отключиться и забыть обо всем этом на несколько часов, сон так и не приходит. Вместо этого я ворочаюсь и ворочаюсь, в голове крутятся мысли о том, где он и что он может делать.