Читаем Государь Иван Третий полностью

Возвращение Фрязина в Рим и сообщение им о принятом в Москве решении на несколько дней заставило папский дворец забыть обо всех делах, кроме одного: кто и как сделает главное предложение Ивану Васильевичу о смене веры. Долго рядили, останавливаясь на Софье. Виссарион, набравшись смелости, заявил, что сразу по приезде Софья будет не в состоянии поднять этот вопрос. Тут должен быть знающий, начитанный человек. А Софья очень слаба в этих вопросах: она способна решить его только настойчивым советом, подбирая для этого удобные, подходящие случаи. Придумали для усиления влияния послать самого способного и подготовленного для таких дел легата. Папа, обдумав, согласился. Нашелся легат, который был умен и начитан. Им оказался Антонио Бономбра.

На встрече с папой он выглядел уверенным, знающим человеком. Папа едва остановил его, когда тот попытался проиллюстрировать свой разговор с князем, митрополитом.

– Хватит, хватит! – поднял руку папа. – Вижу, знаток ты неплохой. Смотри там не подкачай.

Виссарион, услышав такие слова от папы, насторожился: «Что тот заметил в Антонио?» Но ответа не нашел. Виссарион напомнил папе, что Софье нужно приданое. На это папа ответил:

– Я не забыл, кардинал, своего обещания. Шесть тысяч дукатов она получит. – Затем, усмехнувшись, добавил: – Езжай к своей крестнице, собирай ее в путь. Да не забудь сказать, зачем мы ее туда посылаем.

На другой день Виссарион, сияющий как победитель, явился в дом Палеологов.

– Милая моя царица! – начал он разговор с Софьей…

Но та вдруг его перебила:

– Мой дорогой Виссарион, почему ты не спросишь меня, как я добралась?

Улыбка сбежала с лица кардинала. Он не понял, что хотела сказать Софья.

– Бомасе мне ничего не говорил. А что случилось? – спросил он, внимательно глядя на нее.

И он услышал о страшном происшествии, которое случилось в последнюю ночь на корабле.

Появление в зале корчмы Буйло сразу испортило всю обстановку, которая царила там до его появления. Девушки начали незаметно расходиться; покидали корчму и трезвые гости. Ушли и соседи Софьи. Подвыпивший Буйло потребовал от хозяйки, чтобы она вернула девушку, недавно ушедшую отсюда. Но всегда послушная хозяйка вдруг стала сопротивляться. Вначале она пыталась убедить своего известного посетителя тем, что девушке нездоровится, она ей не принадлежит, что она здесь проездом.

Но эти слова не остановили Буйло.

– Я ей хорошо заплачу. – Он вытащил из-за пазухи кисет с деньгами и грохнул им о стол.

– Не надо никаких денег! Прошу тебя, умоляю! – Старуха встала на колени.

Но разве можно умолить сердце, в котором не осталось человеческих чувств? То ли их не было у него со дня рождения, то ли он потерял их в той жизни, которая была наполнена изменой, преступлениями, борьбой за власть.

Он откинул ее, поднялся и не совсем твердой походкой направился к лестнице, сказав своему служаке:

– Веди!

Буйло пару раз грохнул по двери. Ничего не подозревающая Софья, уже лежа в постели, воскликнула:

– Что вам надо?

– Тебя, красотка, тебя! Открой! – рявкнул он так, что зазвенели окна в коридоре.

– Уходите! – воскликнула она. – Я позову хозяйку!

– Зови! Старая коза валяется на полу и вряд ли поднимется.

– Уходите!

Но долго стучать он не стал. Удар ногой – и дверь влетела в комнату. И он вошел. Огромный, страшный, подобный зверю. Его руки, поднятые вверх и обнаженные по локоть, были покрыты черной шерстью. Его толстые пальцы с длинными ногтями походили на когти какой-то дьявольской птицы. Расстегнутая до пупа рубаха открывала жирную волосатую грудь. Заросшее лицо с оскалом крупных редких зубов довершало его портрет.

Она не знала, откуда у нее вдруг появилась смелость, чтобы издать крик:

– Помогите!

Но кто придет на помощь? Хила была у подруг. Все посетители сидели взаперти, спасаясь от этого чудовища.

– А-а-а! Помо… – голос внезапно оборвался.

Чудовище заткнуло ей в рот тряпку. В соседней комнате этот крик услышал один из приезжих.

– Что там? – Он вскочил с кровати.

– Василий, остынь! То свирепствует Буйло, страшный пират. Не вздумай связаться! Этому пирату нет равных по силе.

Софье удалось вырвать тряпку изо рта и издать душераздирающий вопль:

– Спасите!

Василий вихрем сорвался с места и бросился на крик. Но у прохода он увидел молодца, преградившего ему путь. Московские кулачные бои не прошли даром. Пират получил такой удар, что, отлетев к стене, на какое-то мгновение прилип к ней, а потом мешком рухнул на пол. Буйло между тем стал срывать с Софьи одежду вместе с одеялом, в какой-то мере защищавшим ее. Увидев ее налитые голые ножки, он совсем озверел. Еще мгновение – и свершится страшное.

И тут какая-то сила оторвала Буйло от девушки, и он повис в воздухе. Тотчас раздался звон битого стекла, и его огромное тело, отчаянно жестикулируя руками и ногами, словно пытаясь удержаться в воздухе, воткнулось круглой головой в землю.

– Ну вот и все! Ты спасена! – проговорил молодой человек на непонятном ей языке.