Читаем Господство Меча полностью

Эрек смеялся над этим, но для Строма это было дело чрезвычайной важности. В своей жизни Эрек встречал большое количество людей, но ему никогда не попадался никто с таким сильным духом соперничества. Его отношения со Стромом всегда были неоднозначными. Эрек чувствовал, что Стром любил его, но в то же самое время он не мог контролировать свое желание сразить старшего брата. Эрек винил в этот тот дух соревнования, в котором воспитывал их отец, всегда противопоставляя их друг другу. Его отец думал, что это сделает из них лучших мужчин, что в результате привело только к разделению. Сам Эрек не верил в воспитательное соперничество, и если у него когда-нибудь будут сыновья, он будет воспитывать их по-другому, чтобы они прикрывали спины друг друга, будет прививать им преданность и бескорыстие. Эрек верил в то, что это черты настоящего воина. Соперничество является важным, но не среди членов семьи. Соперничеству можно научиться только на поле боя, а навыки можно отработать и другим способом. Иногда соперничество открывает в людях лучшее, это правда, но чаще всего оно воспитывает в них наихудшее.

«Ты привез с собой невесту?» – заметил Стром, оглядываясь на Алистер и качая головой. – «Значит, ты и в этом меня обошел? Я еще не нашел для себя невесту, и теперь сомневаюсь, что найду такую же красивую, как твоя», – сказал он, после чего подошел к Алистер, взял ее за руку и поцеловал.

Алистер улыбнулась в ответ.

«Рада познакомиться с тобой», – ответила она. – «Брат Эрека для меня все равно что брат».

«Что ж, ты должна знать до того, как выйдешь за него замуж», – сказал Стром. – «Что я лучший брат Эрека. После того, как ты проведешь здесь какое-то время, ты можешь захотеть стать моей женой. В конце концов, зачем тебе слабый член семьи?»

Стром рассмеялся, а Эрек покачал головой. Брат всегда был бестактным и чрезмерно самоуверенным.

«Я знаю, что буду вполне довольна своим нынешним выбором, благодарю», – ответила Алистер с улыбкой, как всегда дипломатичная.

Стром отошел в сторону, когда толпа расступилась, пропуская кого-то вперед. Эрек был потрясен, увидев, кто перед ним.

Доуфин. Его младшая сестра.

Последний раз, когда Эрек ее видел, своим ростом сестра доходила ему до пояса, и теперь он не мог поверить в то, какой высокой она выросла. Доуфин был почти такой же высокой, как и он, с широкими плечами, идеальной осанкой и ослепительной улыбкой. Эрек также не мог поверить в то, какой красивой стала его сестра, с длинными песочного цвета волосами и ярко-зелеными глазами.

Доуфин стояла и смотрела на Эрека с тем же напряжением, которое он помнил с детства. Будучи всего на несколько лет младше, она всегда смотрела на Эрека как на героя, всегда требовала его внимания и испытывала чрезмерную ревность, если кто-нибудь отбирал у нее внимание брата. Возможно, из-за того, что их отец всегда отсутствовал, управляя своим королевством, Доуфин видела в Эреке отца во время их одинокого детства.

Судя по ее взгляду и по тому, как она игнорировала Алистер, Эрек осознал, что после всех этих лет Доуфин ни капли не изменилась.

«Брат мой», – произнесла девушка, делая шаг вперед и крепко обнимая его, отказываясь отпускать.

Обнимая сестру, Эрек чувствовал, как ее слезы бегут по его шее. Он понял, как сильно скучал по своей семье, несмотря на их причуды. На него нахлынули чувства, когда он увидел, что они все собрались в одном месте. В некотором смысле создавалось ощущение, что он никогда не уезжал. Ощущение было жутким.

«Сестра моя», – сказал Эрек. – «Я очень по тебе скучал».

Доуфин отстранилась и посмотрела на него.

«Не больше, чем я скучала по тебе. Ты получал все мои письма?»

«Все до единого», – ответил Эрек.

Все эти годы Доуфин постоянно писала ему, сокол за соколом доставляли ему ее свитки. Эрек отвечал, когда мог, но был не в состоянии писать так же часто, как и сестра. Очевидно, он никогда не покидал ее мысли, и часть его всегда чувствовала вину за то, что он находится так далеко от сестры, словно она была его покинутой дочерью.

«Эти острова никогда не были прежними без тебя», – сказала Доуфин. – «Мне грустно от того, что нашему отцу пришлось оказаться на волосок от смерти, чтобы ты вернулся. Разве того, что здесь я, недостаточно?»

Эрек почувствовал себя виноватым из-за ее слов, не зная, как ответить.

«Прости», – в конце концов, произнес он. – «Мой долг призывал меня в другое место».

Эрек повернулся к Алистер, не желая, чтобы девушка чувствовала себя лишней, надеясь на то, что Доуфин проявит любезность по отношению к ней, но вместе с тем опасаясь обратного. Его желудок завязался в узел, когда он представил их друг другу.

«Доуфин, позволь представить тебе мою будущую жену, Алистер».

Алистер любезно улыбнулась, ничуть не испытывая чувство собственничества, и протянула руку.

Доуфин посмотрела на нее так, словно ей предложили змею. Она скривилась и повернулась к Эреку, игнорируя Алистер.

«А почему бы тебе не выбрать невесту среди наших людей?» – спросила она. – «Это значит, что нами будет править чужой человек?»