— Да не переживайте, док. — Mo закатал рукава. — Я ничего им не скажу, если только вы не скажете. — Он предлагал Таффи свою лояльность как нечто само собой разумеющееся. Ему нравилось быть лояльным. Ему нравилось вести себя хорошо. — Как поживает ваша симпатичная леди? Или миссис Перссон сама по себе? — Он снова опустил рукава. — Послушаете «Айрон мэйден»?

Он вставил компакт-диск в плеер.

— Не сейчас, — сказал Таффи. — Я пришел, чтобы взять кровь на анализ. И образец ДНК, если вы не возражаете. Мы приступили к очищению.

Mo вовсе не был уверен, что Таффи шутит.

— Нет же, только не в моей камере! Да что случилось? Опять потеряли клизму? Догадываюсь, ее забрали янки. Эти козлы любят вводить что-нибудь себе в зад.

— Вы ничего не знаете о Брик-лейн. — Таффи уже готовил шприц. — И о том, что произошло в Номере Восемнадцатом.

— Когда это было? — Mo с надеждой смотрел на шприц. — Несколько месяцев назад? Или больше? Номер Восемнадцатый? Это верхняя или нижняя часть улицы? Мы в тот день сделали немало домов. Прошли прямо сквозь стены, в стиле израильтян. Жесткие ребята, правда?

Таффи нажал кнопку «Запись» на своем старомодном кассетном плеере.

— Когда вы убедились в том, что они жесткие?

— Вскоре после того, как все началось. Я смотрел новости и грыз яблоко. В те дни я регулярно ел яблоки. Не органические, конечно. Как вы думаете, док, может, это яблоки во всем виноваты? Из-за них я так поглупел?

— Не знаю. Они все еще хотят привлечь вас за убийство, если только получится.

Mo невольно рассмеялся.

— Я несколько недель никого не убивал. Это было не убийство, а перестрелка противников. Вы же знаете, что не можете позволить себе схватить кучу пленных, если ввязались в атаку. Вы можете поступить с ними только одним способом. Док, я служил в SAS не ради своего здоровья. Хотя, должен признаться, там я приобрел некоторые здоровые привычки. И больше с ними не расставался. Эти ребята для меня были все равно что братья. Я мог бы расплакаться, когда части не стало. Я любил их. У нас возникли связи. — Mo смахнул мужскую слезу.

— Каким образом это было осуществлено?

— О, какая-то распыляющая машина. Они представления не имели, что находилось у них в руках. Но это дерьмовое американское оружие как раз для вас. Самое худшее после турок. А ведь у турок был резон. У них чуть ли не все оружие пятисотлетней давности. Это здорово, что оно еще сохранилось, должен я вам сказать.

— Так как же вас арестовали?

— Арестовали? — Mo снова засмеялся. — Меня не арестовывали. Я дошел досюда от Уотфорда и завербовался. Между прочим, я был знаком с йоменами Гвардии. А потом я отправился за своей книгой. — Взмахом обеих рук он указал на внушительный трехтомник. — А они пришли и подобрали меня, когда были готовы. От окрестностей Пиккадилли не так много осталось, вы согласны? То была неплохая прогулка. Естественно, от Листер-сквер не осталось ничего. Забавные такие костры. Нехилые. Щекочут-таки нос.

— Что? — воскликнул Таффи; он уже запустил плеер. — И так всю дорогу?

16

Поищи себе другого дурака

Чарльз К. Лаван рассказал корреспонденту «ПОПЬЮЛАР МИКЭНИКС», что «многие технологии из системы НАСА „Гелиос“ проникают в то, чем мы занимаемся». Он является главным инженером осуществляемых в Акроне прогрессивных программ по морской электронике и системам наблюдения компании «Локхид Мартин». Компания разработала высотный воздушный корабль, который может быть оборудован телефонными и интернет-системами управления. Лаван возглавляет команду, которая предложила проект, предполагающий использовать для того, чтобы удерживать аэростат «на посту», устанавливаемые в гондоле бесщеточные моторы постоянного тока. Водород и кислород в достаточных количествах будут храниться в трубках в хвостовой части.