Читаем Город костей полностью

Босх выключил верхний свет в машине, тихо открыл дверцу и вышел с фонариком. У багажника снова огляделся и поднял крышку. В багажнике лежал позаимствованный у Джеспера тест-манекен, какие применяются для проведения следственных экспериментов, в частности при подозрительных прыжках с целью самоубийства и наездах машин на пешеходов. В научно-исследовательском отделе имелся широкий ассортимент размеров, от младенческого до взрослого. Вес каждого манекена можно менять при помощи фунтовых мешочков с песком, добавляя их или вынимая из застегнутых на молнии карманов на груди и конечностях.

У манекена в багажнике Босха на груди была надпись по трафарету — «НИО». Лицо отсутствовало. Босх с Джеспером в лаборатории придали ему вес семьдесят фунтов, такой Голлиер приписал Артуру Делакруа, основываясь на величине костей и фотографиях мальчика. На манекене был купленный рюкзак, похожий на тот, что обнаружили в земле при раскопках. В него наложили тряпья из багажника примерно в объеме одежды, найденной вместе с костями.

Босх положил фонарик, взял манекен за руки и вытащил из багажника. Поднял его и взвалил на левое плечо. Пошатнулся, сохраняя равновесие, потом снова полез в багажник за фонариком. Сунул его в один из передних карманов, его луч широко освещал вершины деревьев и был бесполезен для Босха.

В первые пять минут Босх дважды упал и быстро устал, не пройдя и тридцати футов по крутому склону. Поскольку фонарик не освещал ему путь, он не заметил острую веточку, и она разодрала ему щеку. Босх ругнулся, но продолжил путь.

Поднявшись на пятьдесят футов, Босх устроил первую передышку, бросив манекен у сосны и сев на его грудь. Вытащил из брюк заправленную в них майку и прижал подол к щеке, чтобы остановить кровь. Рану жгло от стекающего по лицу пота.

— Ну что ж, пошли дальше, — сказал Босх, когда перевел дыхание.

Следующие двадцать футов Босх волок манекен по склону. Продвижение получалось более медленным, но так было легче, чем нести его на себе, к тому же Делакруа заявил, что вспомнил — он пользовался таким методом.

После еще одной передышки Босх поднялся на последние тридцать футов до ровного места и втащил манекен в яму под акациями. Опустился на колени.

— Чушь, — произнес он, ловя ртом воздух. — Чушь это.

Босх не представлял, чтобы Делакруа мог одолеть такой подъем. Он был лет на десять постарше, чем Делакруа, когда предположительно совершил такой же подвиг, но пребывал в хорошей для своего возраста физической форме. И притом трезвым, а Делакруа утверждал, что был пьян.

Хотя Босх и сумел взобраться с манекеном к месту захоронения, интуиция подсказывала ему, что Делакруа солгал. Он либо не вносил на склон тела, либо кто-то оказывал ему помощь. И существовала третья возможность — Артур был жив и поднялся на холм сам.

Босх наконец отдышался. Запрокинул голову и взглянул в просвет между деревьями. Увидел ночное небо и частично закрытую тучей луну. Уловил запах древесного дыма из трубы одного из домов внизу. Он достал из кармана фонарик и потянулся к лямке, пришитой к спине манекена. Поскольку испытание не требовало нести манекен вниз, он решил волочь его за лямку. И, уже собираясь встать, услышал какое-то движение футах в тридцати слева.

Босх тут же посветил фонариком в ту сторону и заметил койота, пробиравшегося через кусты. Животное метнулось за пределы луча и скрылось. Босх поводил лучом туда-сюда, но найти его не смог. Встал и потащил манекен вниз по склону.

Благодаря закону тяготения спуск был полегче, но таким же ненадежным. Медленно, осторожно ступая, Босх думал о койоте. Долго ли койоты живут и мог ли тот, который сейчас убежал, наблюдать двадцать лет назад за человеком, хоронящим труп в том же месте.

Спустился Босх без единого падения. Подтаскивая манекен к обочине дороги, он увидел Гийо с собакой, стоявших возле его машины. Собака была на поводке. Босх быстро подошел к багажнику, бросил в него манекен и захлопнул крышку. Гийо повернулся и двинулся к нему.

— Детектив Босх.

Казалось, он понимал, что спрашивать Босха о причине его приезда не следует.

— Доктор Гийо. Как себя чувствуете?

— Полагаю, лучше, чем вы. Опять поранились. Похоже, нешуточно.

Босх коснулся щеки. Ее по-прежнему жгло.

— Пустяки. Просто царапина. Бедокурку не спускайте с поводка. Я только что видел наверху койота.

— Да, в темноте я ее никогда не спускаю. Бродячих койотов на холмах полно. По ночам мы их слышим. Пойдемте-ка со мной в дом. Я наложу вам стягивающую повязку, иначе останется шрам.

Босх внезапно вспомнил, как Джулия расспрашивала его о шрамах.

— Сейчас.

И они направились к дому Гийо. В кабинете Босх сидел на столе, пока доктор очищал ему рану, а потом сжимал ее повязкой.

— Думаю, следа не останется, — сказал Гийо, закрывая аптечку первой помощи. — А вот насчет вашей майки не знаю.

Босх взглянул на майку. Внизу были пятна крови.

— Док, спасибо, что подлечили меня. Долго носить мне эту штуку?

— Несколько дней. Если выдержите.