Читаем Гормон радости полностью

– Еще одна?! – поражаюсь я. – Она тоже ведьма? Она прилетела на метле? Как они ночами добираются?

– Заткнись! – говорит Егор. – Приехала. На поезде.

– Спроси у нее прокладку! – осеняет меня.

Наконец я могу одеться. Выгляжу чудесно, но руки и ноги совсем меня не слушаются – хорошо, Егор помогает. Отводит на кухню. Вставляет мне в рот сигарету. Заходит Тасса и, не глядя в мою сторону, зажигает газ, ставит сковородку. Мне скучно. Я вспоминаю, что Рассел оставлял свои химические реактивы у нее в тумбочке.

– Давай поиграем, – говорю я. – Куда ты дела серную кислоту?

Тасса бросает в раковину сковороду и убегает. На шум приходят Ася и Егор.

– Мы едем снимать бомжей? – спрашивает меня Ася. – До Узелки и обратно. Хватит истерить. Спину выпрями.

– Не отпиздят они тебя? – спрашиваю я.

– Ну с нами же Егор будет?

– Как ты скажешь, любимая! – отвечает Егор.

– Нереально. Кроме того, это все совсем неважно, – говорю я и снова начинаю плакать.

Егор отводит меня в комнату, кладет на кровать, ложится рядом, обнимает.

– Я тебя люблю, – говорит он. – А Тасса – сука! Я тебя не брошу. Ты вообще видела?

– Что?

– Что-что! Как она мне хуй дрочила. Я пошевелиться боялся, а она дрочит и дрочит!

Уже утро, а к Тассе приезжают все новые люди. Егор звонит Алине, голос у него даже довольный – вот приключение! Семейный психолог Мама Вуду ждет. Слух о моем сумасшествии разносится со скоростью света.

* * *

Исповедник говорит: «Ты пережила предательство!»

Исповедник говорит: «Ты пережила измену!»

Исповедник говорит: «Ты пережила Откровение, а к такому приходят только после шестидесяти лет праведной жизни!»

Отличное состояние. Так вот как кайфуют праведники!

Сопли и слезы я вытираю краями выданного для исповеди платка. Буравлю священника взглядом через очки.

Я говорю: «Я простила их, я их простила».

Я говорю: «Я верю в Чудеса, в Любовь. И я точно знаю – рай существует!»

Я говорю: «Бог со мной, и Он мне помогает. И вы чувствуете, у меня из сердца льется Любовь? Мне снятся вещие сны. Церковь сама отстраивалась из руин вверх, по кирпичикам от фундамента. Бело-голубая с золотом. Красивая! Вы мне верите? Вы верите мне?!»

Исповедник печален и озадачен.

«Я вам верю», – немного торжественно произносит он.

Я поставила две заупокойные свечи к разным иконам. Они ярко-красные.

«И девяностый псалом! Обязательно читайте девяностый псалом! – говорит священник с интонацией врача (“И горло! Обязательно полощите горло!”). – Повторяйте: “Господи, я недостойна”. Большинство тех, кто здесь находится, шли к этому. Но есть и небольшой процент страдальцев. Вам же надо как-то жить! Сердце надо закрывать!»

«Я не хочу».

Отказаться от этого? Вернуться назад? Во имя чего?

«Благословите меня, святой отец!» – прошу я.

Крест очень холодный.

«И подумайте! – шепчет исповедник. – У нас так один соскочил на аффект. Дал бы и вам его Господь!»

1. Живый в помощи Вышняго, в крове Бога Небеснаго водворится.

2. Ренет Господеви: Заступник мой еси и Прибежище мое, Бог мой, и уповаю на Него.

3. Яко Той избавит тя от сети ловчи и от словесе мятежна,

4. плещма Своима осенит тя, и под криле Его надеешися: оружием обыдет тя истина Его.

5. Не убоишися от страха нощнаго, от стрелы летящия во дни,

6. от вещи во тме преходящия, от сряща, и беса полуденнаго.

7. Падет от страны твоея тысяща, и тма одесную тебе, к тебе же не приближится,

8. обаче очима твоима смотриши и воздаяние грешников узриши.

9. Яко Ты, Господи, упование мое, Вышняго положил еси прибежище твое.

10. Не приидет к тебе зло, и рана не приближится телеси твоему,

11. яко Ангелом Своим заповесть о тебе, сохраните тя во всех путех твоих.

12. На руках возмут тя, да не когда преткнеши о камень ногу твою,

13. на аспида и василиска наступиши и попереши льва и змия.

14. Яко на Мя упова, и избавлю и: покрыю и, яко позна имя Мое.

15. Воззовет ко Мне, и услышу его: с ним есмь в скорби, изму его и прославлю его,

16. долготою дний исполню его и явлю ему спасение Мое.