Читаем Горькая кровь полностью

— И он прав, Клэр, — произнесла Амелия. — Человечество никогда не выражало доброту к тем, кого боялось. Если бы нас не определяли как демонов, то давно бы расчленили ради науки. Или того хуже, выставили напоказ, как тех зверей из твоего зоопарка. Кто нас защитит, если мы не будем делать этого сами?

Клэр хотела сказать, что она ошибается, что это не так, но она достаточно прочитала книг по истории и знала об обидах и страхах, что люди хранили в своих сердцах, чтобы понять, что Амелия, возможно, права.

— Отпустите ее, — сказала Клэр. — И люди увидят, что вы не боитесь быть частью этого города и готовы выслушать их. Поверьте мне. Пожалуйста. Я не хочу, чтобы это все взорвалось, как и вы, но так это и будет. Если миссис Рэмос исчезнет, люди не остановятся. Вампиры будут убивать людей, люди — вампиров, и рано или поздно мы все умрем или вы будете обнаружены.

— Я не могу отпустить ее. Это не вариант. — Но Амелия, казалось, обдумывала что-то, и вдруг она отдернула руку, высвободившись из хватки Оливера, открыла дверцу лимузина и вышла на солнце.

В отличие от других вампиров, она даже не пыталась прикрыть себя; она достаточно стара, чтобы солнце не сделало ей больше, чем болезненный, но мягкий ожог. Увидеть ее при дневном свете было поразительно. Она была в белом шелковом костюме, умело сшитом, а ее небольшой рост был восполнен белыми туфлями на высоком каблуке. Ее бледно-золотистые волосы, уложенные в виде короны, были почти того же оттенка. Единственным колоритом на ней было кроваво-красное рубиновое ожерелье и соответствующие кольцо, и когда она пошла в сторону толпы, она каждым дюймом выглядела королевой.

Оливер открыл дверь, схватил Клэр за руку и прижал спиной к кирпичной стене.

— Глупая девченка, — произнес он и побежал за Амелией. Она не быстро шла, но он не сразу добрался до нее.

Амелия достигла толпы быстрее него, и люди разошлись перед ней, как дым перед сильным ветром. Вампиры на сцене сделали паузу, внезапно узнав о ее присутствии, в тишине, охваченной хаосом, Клэр предполагала, что она могла почти услышать стук каблуков Амелии, поскольку она продвинула портативную лестницу к сцене.

Оливер взобрался следом за ней с бесстрастным выражением лица, но она видела гнев и разочарование в его языке тела. Но он опоздал, чтобы остановить то, что она собиралась сделать.

— Освободите женщину, — сказала Амелия двум вампирам, держащим Флору. Они немедленно отпустили и отступили со склоненными головами. Амелия встала прямо перед ней. — Вы ранены?

Флора покачала головой.

— Тогда вы можете покинуть это место, если хотите. Или вы можете остаться здесь, на этой сцене, и принять очень трудную и неблагодарную работу мэра, положение, на которое, я верю, вы подходите.

Это было явно не тем, что ожидала Флора. Как и ее сторонники. Начал подниматься растерянный лепет, и Клэр трусцой побежала обратно, чтобы расслышать все через это смятение. Микрофоны были выключены, так что только несколько первых рядов могли слышать, что происходит.

— Я не подхожу, — сказала Флора. — Капитан Откровенный — тот, кого хотят люди.

— И они не выберут Капитана Откровенного, — ответила Амелия с полнейшим спокойствием. — Никто не выберет человека слишком трусливого, чтобы показать свое лицо. Вы, миссис Рэмос, обладаете достаточной смелостью. И поэтому вы мой кандидат. Что вы скажете? У нас здесь достаточно жителей, чтобы избрать вас сегодня простым голосованием. Да или нет?

— Я не могу…. - это не был отказ, впрочем, это было смущенным и неохотным возражением. — Я не политик.

— Как и Капитан Откровенный, иначе он не убежал бы при первых признаках неприятностей, — сказала Амелия холодно, и от нескольких в толпе послышалось хихиканье. — Я пришла, чтобы стоять перед народом Морганвилля как Основатель. Бесстрашно. Может ли он сказать то же самое? Вы стоите перед ними. И я говорю, что вы будете поддерживать их доверие. Я предлагаю вам почетную службу. Вы согласны?

Клэр не услышала ответа, потому что шум, поднятый толпой, стал оглушительным.

Но и никто, на самом деле, не собирался отказываться.

Амелия переиграла Капитана Откровенного и Оливера, и она восстановила равновесие в Морганвилле, по крайней мере временно — на тридцать секунд.

Клэр с удивлением потрясла своей головой и пошла домой, чтобы сказать Шейну, что их старания были напрасны — Моника выбыла из голосования.

Он будет так разочарован.

Но Клэр была не первой, кто принес новости в Стеклянный дом, несмотря на то, что она сбежала из мэрии. Ева ответила после первого гудка:

— Ты на бунте?

— Это не совсем бунт. Скорее, собрание.

— А подземелье говорит, что бунт. Они избивают людей с плакатами? А баллончики с перцем использовали? Подробности!

— Это не то, что я видела, — ответила она. — Я действительно думала, что у меня есть поразительные новости, но ты меня опередила.

— Не так уж и сильно опередила, сладкая моя. Это правда, что они почти выбрали Флору Рэмос? Боже, как бы я этого хотела. Это бы разрушило все достижения Амелии. Я имею ввиду, Флора Рэмос — все знают о ее детях…