Читаем Горизонт забвения полностью

– А у меня уже готов ужин, вы вовремя! – резкий глубокий женский голос заставил меня прервать свои фантазии. На крыльце нас встречала стройная женщина с очень темной кожей, смольными волосами и глазами цвета карамели. Одета она была в черное платье с белыми манжетами и кружевным воротом. В таком наряде описывали служанок в книгах, которые я читала в библиотеке общины.

– Проголодалась? – прошептала тетя, приобняв меня по дороге к дому. – Врач сказал набрать тебе двадцать килограмм за ближайший год, помнишь?

– Да, конечно, очень хочу есть! – ответила я, хотя это не правда, аппетит так и не пришел.

Сделав шаг в дом я почувствовала холод и пустоту. Первое впечатление от дома – он не жилой. Нет, повсюду лежали вещи, стояли книги, было много комнатных растений, стоял аромат свежей выпечки, но не было ощущения жизни. И не помогали ни пол из благородного каштана, ни антикварная мебель. В гостиной расположился камин, в котором негромко потрескивал огонь, сочился легкий вишневый запах.

Два глубоких кожаных кресла стояли справа и слева от камина и вместе с диваном, повернутым лицом к очагу, образовывали полукруг.

Особое место в каждой комнате занимали распятья. Они были повсюду. Всех видов. Бронзовые кресты, иконы, жутковатого вида средневековые статуэтки. И самое мрачное – картина Сальвадора Дали «Христос св. Иоанна на кресте». С все тем же изображением сцены распятия, однако, дан вид сверху.

Резкий аромат специй усилился при приближении к кухне. На длинном столе уже выстроились белые тарелки с курицей, салатами, хлебом и закусками. В бокалах налито что-то ярко красное.

– А дядя присоединится? – поинтересовалась я усаживаясь за стол.

– А.. – тетя немного замялась. – Он приедет чуть позже, задерживается. Поужинаем вдвоем, и я покажу тебе твою комнату.

Пока я наслаждалась первым в жизни полноценным ужином и впервые пробовала вино, погода окончательно испортилась. Облака, которые с утра были похожи на бегущих вдаль кудрявых овечек, потемнели. Издалека доносились раскаты грома – было невозможно понять, с какой стороны идет звук. Казалось, что гром просто незримо присутствовал в воздухе, и вовсе не предвещал наступление буки. Это ощущение крепло по мере того, как проходили часы, а раскаты не приближались и не прекращались. Порывы ветра подхватывали ворох сухой листвы, кружили его по террасе, легонько бросая в стеклянные двери.

Весь ужин я думала о жизни тети Маи и ее семьи. Несчастный случай – смерть младшего сына в детском возрасте – затмил солнечный свет, превратил их брак в помесь привычки, сотрудничества и долга, и, наверное, лишь иногда, очень редко, между ними проскальзывала искра, напоминая о том, что было когда-то и что, возможно, еще не было потеряно.

XVIII

К окончанию трапезы голова у меня шла кругом от выпитого вина. Держась за перила с декоративной резьбой я, с трудом, поднялась на второй этаж по деревянной лестнице, зашла в комнату, которою мне благородно выделили. Первое, что я увидела – яркий свет от гирлянды, весело мигающей вдоль всей противоположной стены и плавно заходящей на прикроватную лампу и спинку кровати. Большое окно с удобным диванчиком вместо подоконника приглашало расположиться на нем с книжкой и чашкой какао. Большая кровать с ярким пледом, сшитым из кусков разных тканей, придавало уют и манило прилечь.

– О лучшем и не мечтала! – сказала я Мае, когда она зашла.

– Я рада, дорогая. Все здесь обставляла Кристина.

В руках взволнованная женщина держала маленькую потрепанную книжку.

– Это любимый сборник стихов твоей мамы. – сказала она дрожащим голосом, сдерживая слезы.

Книга оказалась весьма потрепанной. Страницы давно пожелтели, часть из них даже отпали от корешка. Среди некоторых страниц лежали засушенные цветы и листья.

– Мама любила собирать гербарии. – я и уже не смогла сдержать слезы.

– Я помню, что в твоем возрасте она любила вот этот стих. – женщина пролистала до страниц, покрытых нарисованными сердечками и девушки с длинными волосами. Закладкой здесь лежал цветок фиалки.

Прочитав стих пять раз я закрыла книгу и, сохраняя впечатление от прочитанного, выключила свет и, накрывшись одеялом покрепче быстро уснула.

Новое ночное видение не заставило себя ждать. На этот раз в грезах меня посетил этот чертов детектив.

Утром, открыв глаза, мне не сразу стало ясно, где нахожусь. Возможно, от части, это было из – за выпитого вчера вина. Утреннее солнце уже пробивалось сквозь плотные лиловые шторы и тянулось ко мне по покрывалу своим лучом. Я решила насладиться моментом и поваляться, но, перевернувшись к другой стене, на глаза попался будильник, на котором уже было половина одиннадцатого. Резко вскочив, я бросилась в душ и скорее одеваться, а затем сразу же спустилась вниз. Ни в одной из комнат никого не оказалось, но, зайдя на кухню, я увидела в окне тётю Маю.

Поторопившись к ней, я извинилась за такой долгий сон. Она лишь нежно улыбнулась в ответ.