Читаем Горящий лед полностью

— Вылезайте, — сказал Джон Перри.

В его сузившихся глазах горела злоба. Веки распухли и набрякли, волосы были встрепаны. В руке он держал «магнум».

— Ты первый. — Он ткнул стволом в Пальметто. — Медленно.

— Ты и так вляпался по самые уши, Джон, — сказал Буше. — Не усложняй себе жизнь.

— А я и не собираюсь ее усложнять. Наоборот, я собираюсь значительно облегчить свое положение. И вы оба мне поможете. Вылезай, Пальметто. Спрыгивай. Земля тут мягкая.

Пальметто спрыгнул. Буше приказано было сделать то же самое.

— Джентльмены, я не намерен связывать вам руки, однако, если вы пока не поняли, у меня при себе «магнум».

Буше с первого вдоха сообразил, где они. Сосновый запах сказал ему, что они неподалеку от лесного заказника Кисатчи. Перри навел свой огромный пистолет на одну жертву: Буше.

— Если хоть один из вас дернется, судья получит первую пулю. С такого расстояния я не промахнусь. Повернулись и пошли, — скомандовал Перри.

Грузовик был развернут в сторону здания, которое было не разглядеть, пока не дойдешь до самого крыльца. По всему фасаду шла застекленная веранда, по которой были расставлены деревянные столы и стулья. Из крыши торчала большая кирпичная труба.

— Охотничий домик, где часто отдыхали наши сотрудники, — пояснил Перри. — Место малопосещаемое. Тут на много миль нет никого, кто мог бы вас услышать. Ну, прошу, заходите.

Они повиновались и шагнули в дом — в просторную гостиную, она же столовая, в середине которой располагался большой очаг.

— Что ты собираешься с нами делать, Джон? — спросил Буше.

— Давайте-ка присядем, и я все вам расскажу. Вон там, у очага.

Кресла в комнате стояли массивные, тяжелые; все трое сели. Перри опустил пистолет на подлокотник кресла, не снимая с оружия руки.

— Вы, ребята, запороли мне одно дело, которому я посвятил очень много времени, — сказал Перри.

— Начав это дело с кражи, — вставил Пальметто. — Твои алчность и честолюбие стоили жизни ни в чем не повинным людям.

— Честолюбие — да, но не алчность, — возразил Перри. — Мне не деньги были нужны. Уж кто-кто, а вы бы могли это понять, мистер Пальметто. Мы с вами оба мечтаем о том, чтобы даровать этой стране энергетическую независимость. Я всегда был патриотом, а теперь из-за вас меня разыскивают как преступника.

— Я хотел бы повторить уже заданный вопрос, — настаивал Пальметто. — Что ты собираешься с нами делать?

— Правильный вопрос — что я собираюсь делать с тобой, — поправил Перри, обращаясь к Пальметто. — Судья — так, посторонний. Ну, почти.

— Хорошо, что ты собираешься делать со мной? — спросил Пальметто.

— Я хочу, чтобы ты выложил мне все, что знаешь про гидрат метана. То, что дошло до меня по ходу этой махинации судьи Буше, далеко не все. Кантрел считал, что сможет домыслить остальное. Но Кантрела больше нет.

Теперь Пальметто откинулся на спинку стула.

— У меня ничего при себе нет, — сказал он презрительным тоном. — Сам понимаешь, я не таскаю такое в карманах.

— Я уже задавался этим вопросом, — сказал Перри. — Трудно предположить, что ты мотаешься по всей стране с компьютером в сумке. И я пришел к выводу, что ты пользуешься облачным хранилищем. Все лежит в облаке, да?

Ответом ему стало выражение лица Пальметто.

— Ты выдашь мне пароль к своему облаку.

— Не выдам, — ответил Пальметто. — Ты что, станешь меня пытать?

— Не тебя, — ответил Перри. — Его.

Он навел пистолет на Буше.

Перри вывел их на задний двор, не умолкая по дороге:

— Ты прислал мне примерно процентов двадцать того, что сделал, да? Этого было достаточно, чтобы составить представление, чем ты занимался все эти годы, но недостаточно, чтобы всё воспроизвести. Кантрел обязательно справился бы, но он недооценил, сколько на это потребуется времени.

— И тем не менее ты полез туда очертя голову и не разбирая дороги. Это было бездумно и попросту опасно.

— Энергетика — вообще опасная область.

В углу двора стояла большая решетка для барбекю; в другом находилось нечто вроде колодца: похоже, его начали рыть и бросили. Из кирпичной стены, окружавшей его, торчали металлические прутья арматуры. Перри подвел пленников к колодцу, по дороге прихватив со стола веревку.

— Так, стоять, — сказал он, когда они подошли. — Как известно, животный мир Луизианы богат и разнообразен. Здесь обитают крокодилы, медведи, птицы и сорок шесть видов змей; семь из этих видов ядовиты. У меня есть сосед-герпетолог. Он однажды показал мне свою коллекцию. Я кое-что из нее позаимствовал.

— Нет, — сказал Пальметто. — Ты же не собираешься…

— Я ничего не собираюсь делать. Действовать будешь ты. Возьми веревку и надень судье через голову. Давай, а то я сделаю в нем дырку.

Буше стоял, прижав руки к бокам; кулаки сами собой сжались от гнева.

— Опусти веревку к ногам и затяни на лодыжках, — скомандовал Перри. Пальметто повиновался. — Хорошо. Видишь тот кусок арматуры? Привяжи к нему веревку, примерно на четыре длины твоей руки от конца. И уж постарайся затянуть узел как следует.

Пальметто отмерил, потом завязал.

Буше напрягся как тетива лука. Руки у него оставались свободны — выпала бы только возможность пустить их в дело.