— А вот тут вам придется мне довериться. Это крупнейшая государственная организация, которая занимается расследованием преступлений. И именно сейчас они как раз особо интересуются незаконными бонусами, которые получают руководители крупных компаний. К вам отнесутся с повышенным вниманием, уж это я вам обещаю. А сейчас я позвоню своему приятелю, инспектору Фрэнку Хеберту из новоорлеанской полиции. Записка Дон — достаточный повод, чтобы обвинить Перри в покушении на убийство.

Он позвонил, а потом взглянул на часы.

— Минут через пятнадцать инспектор Хеберт войдет в кабинет Перри и арестует его. Я бы с удовольствием проделал это сам, но лучше это перепоручить другому, по очевидным причинам. А теперь ступайте-ка и поспите, оба. Вы это заслужили.

Буше и Пальметто встали с первыми лучами солнца и принялись распечатывать копии доклада Рут Калин, а также документов, обнаруженных в кабинете Дон. Когда явились двое агентов ФБР, Буше отказался передать им оригиналы. Они попытались воздействовать на него угрозами, и тут Буше произнес фразу, которую мечтал произнести уже много лет:

— Не советую давить на меня. Я судья.

Тогда они взяли копии и ушли.

— Полагаю, мы заслужили по чашке приличного кофе, — сказал Буше, доставая френч-пресс.

Они вышли с чашками во двор. Буше посмотрел на жилище рабов, на сломанные перила.

— Кстати, не пора вам вставить аккумулятор в телефон? — поинтересовался Пальметто. — Тут одна дама очень хочет с вами побеседовать. Сколько раз уже пыталась дозвониться.

— А вы откуда знаете?

Пальметто только улыбнулся.

Глава 12

— Ваша честь, — сказал Пальметто, — не хочу хаять ваше гостеприимство, но я уже сколько гощу в этом вашем замечательном старинном особняке, а из еды мне дали только одну муфалетту. Вы и не представляете, сколько ночей я провел в дороге, мечтая, как стою в очереди на тротуаре Бурбон-стрит, дожидаясь столика в «Галатуаре».

Буше посмотрел на часы.

— Ланч там начали подавать пятнадцать минут назад. Вряд ли придется стоять очень долго, если мы поторопимся.

Через несколько минут они отправились в «Галатуар». Шагнули на веранду, остановились и потянули носами. В воздухе витали все ароматы Квартала: запах свежей выпечки — бенье с соседнего Французского рынка, морепродукты и мясо, которые готовили в многочисленных ресторанах, приправляя терпкими пряностями каджунской кухни, а их ни с чем не перепутаешь. Они зашагали по Сен-Филип-стрит, свернули на Бурбон-стрит. На углу остановился фургон доставки с логотипом «Сиско».

— Если бы я жил в этом квартале, я весил бы килограммов сто, — заявил Пальметто.

— А где вы теперь собираетесь жить, Боб, и что будете делать?

— Я пока об этом не думал. Я вроде как решил, что буду работать в частном секторе, но не исключено, что и на правительство. Хотелось бы выяснить, какие у них планы касательно гидрата метана.

— Надеюсь, вы будете держать меня в курсе.

— Разумеется. Вы это заслужили.

Они сделали еще несколько шагов и поравнялись с фургоном. Других пешеходов поблизости не было. Пальметто, который шел, засунув руки в карманы, вдруг дернулся вперед, как будто споткнулся. Буше попытался подхватить его, но тут и сам получил удар по затылку и потерял сознание. Его зашвырнули в открытую дверь кузова. Так же обошлись и с Пальметто. В этот момент в доме, откуда Буше и Пальметто только что вышли, зазвонил телефон. Не получив ответа, звонивший оставил сообщение:

— «Судья Буше, это Фитч. Надеюсь, что вы дома. Послушайте. Когда инспектор Хеберт явился вчера в офис к Перри, того не оказалось на месте. Хеберт позвонил мне только сейчас. Я не хотел бы, чтобы вы с Пальметто пока куда-то выходили. Я выставил рядом с домом наблюдение. Перезвоните».

Задняя дверь фургона захлопнулась. Водитель залез в кабину, включил зажигание и поехал прочь из Французского квартала.

Буше пришел в себя.

— Боб? — прошептал он.

— Я тут, — откликнулся Пальметто. — Что произошло?

— Нас похитили.

— У вас мобильник с собой?

— Дома, заряжается.

— Черт побери. Кто это устроил? Фитч ведь послал кого-то вчера вечером арестовать Перри.

Целый час царило молчание, только потом Пальметто снова заговорил:

— Куда нас везут, я не знаю, — сказал он, — но если придется потом отыскивать обратную дорогу, я, пожалуй, справлюсь.

— Что вы имеете в виду?

— Дорожное покрытие. Мы ехали по бетонке. Ширина плит примерно пять метров. Двадцать минут назад свернули на дорогу с гудроновым покрытием. Шины по нему шуршат тише, чем по обычному асфальту, по которому мы едем сейчас. Мне представляется, что дорога однополосная, потому что я слышу, как по обоим бортам грузовика стучат ветки. Попросим потом в транспортном управлении дать нам карту, где обозначено покрытие разных дорог штата.

— Блестящая мысль, вот только если похитил нас Перри, боюсь, по его замыслу, это путешествие в один конец.

— Ну, придется нам подкорректировать его замыслы.

Машина сбросила скорость, теперь и Буше сообразил, что они свернули на разбитый проселок. Наконец фургон остановился. Двигатель заглушили, у задней двери раздались шаги. Откинули запор, дверь открылась.