— Теперь поняли, почему я сегодня не в самом разлюбезном настроении? Я бросаю и пить, и курить. — Он сел за стол, отпер верхний ящик. — Вот, — сказал он, протягивая Буше нечто похожее на двадцатипятицентовую монетку.

— Что это?

— Закрепите эту штуку на внутренней стороне ботинка. Это джи-пи-эс-передатчик. Чтобы легче было обнаружить ваше тело. Вы надумали добраться до Перри, и это может стоить вам жизни. Я не хочу, чтобы вы погибли зазря. Если я буду знать, где лежит труп, может, я и застукаю убийцу.

Буше усмехнулся.

— Чего тут смешного? — проворчал Фитч.

— Представил вас в разлюбезном настроении.

Судья Буше вернулся домой, посмотрел игру «Сейнтс». А потом раздался один из самых важных звонков в его жизни.

— Я вас беру, — сказал Перри. — Завтра можете начинать.

После этого Буше позвонил по номеру в Массачусетсе, который оставил ему Пальметто, и записал на автоответчик два слова: «Меня взяли».

Глава 8

Ветер ночью переменился, и утром, когда Буше проснулся, в воздухе отчетливо повеяло прохладой. Это было хорошо.

В это утро, когда он вышел из лифта на этаже, где помещалось руководство «Рекскона», его встретили куда гостеприимнее. Секретарша в большом вестибюле улыбнулась ему, улыбнулись и две его новые ассистентки. Все три дамы были чрезвычайно хороши собой.

— Доброе утро, судья Буше. — Говорила та дама, которая спрашивала несколько дней назад, зачем он пришел. — Мы вас ждали. Мистер Перри просил проводить вас прямо к нему в кабинет.

Она придержала для него дверь и провела его в кабинет директора. Буше выбрал стул поближе к столу Перри и сел.

— Судья Буше, — раздался из скрытого громкоговорителя голос Перри. — Я говорю по интеркому, я в другой части здания, и со мной наш главный геолог Берт Кантрел. Я хочу, чтобы вы познакомились. Мы будем через пару минут. Дон предложила вам кофе?

В тот же миг она вошла в кабинет с серебряным подносом.

— Я все принесла, мистер Перри.

— Спасибо, Дон, — поблагодарил бестелесный голос Перри. — Проследите, чтобы у судьи Буше было все, что ему нужно.

— Разумеется, сэр.

На ней была коричневая юбка, белая шелковая блузка, бежевые туфли на высоком каблуке. Из украшений — нитка жемчуга и золотые серьги. Волосы у нее были светло-русые. Зубы белые, лицо слегка подкрашено. Словом, очень красива.

— Кофе французский, — сказала она, наливая его в чашку тонкого фарфора. — Если вы предпочитаете какой-то особый сорт, дайте мне знать.

— Французский меня вполне устроит.

Она протянула ему чашку.

— Мистер Перри назначил меня вашей помощницей.

Буше кивнул.

— Спасибо, — сказал он.

Дон повернулась и вышла. Впрочем, он недолго пробыл в одиночестве. Через несколько секунд вошли Перри и еще один человек. Перри сказал, что с ним придет геолог, однако его спутник напоминал кого угодно, только не ученого. Лет ему было за пятьдесят, короткая стрижка, грудь колесом. Типичный морпех в отставке.

— Судья Буше, — сказал Перри, — познакомьтесь с Бертом Кантрелом, моей правой рукой и лучшим геологом и геофизиком во всей этой чертовой стране. Мы вдвоем и создали эту компанию.

Буше встал, протянул руку.

— Мы с Бертом решили дать вам испытательный срок, — продолжал Перри. — Если то, что вы имеете предложить, окажется нам полезно, сделка состоится. Если нет, мы спокойно разойдемся. Вас это устраивает?

Буше посмотрел на собеседников, внимательно изучил их лица, прежде чем ответить:

— Информацию я буду выдавать вам частями. И аккуратно ее дозировать — до тех пор, пока вы не примете мое предложение.

— Имеете полное право, — ответил Перри. — Итак, вы согласились на испытательный срок. Информацию будете передавать Берту; мы с ним вместе станем решать, чего она стоит. Дадим вам кабинет в конце коридора, Дон будет вашей ассистенткой. Добро пожаловать в команду, судья.

— Я бы предпочел, чтобы вы не называли меня судьей. Меня зовут Джок.

— Пусть будет Джок, — сказал Перри. — Берт покажет вам ваш кабинет.

— Хорошо. А потом я откланяюсь до конца дня. Подберу материал, который представлю вам завтра. — Он повернулся к Берту. — К полудню все будет готово. Полагаю, Дон умеет печатать, в дополнение к прочим ее очевидным достоинствам.

— Не нужно недооценивать Дон, — сказал Перри. — У нее диплом Уортона, она знает три языка. Я не беру на работу абы кого. А если умница еще и хороша собой, у меня нет возражений.

Буше расположился в своем новом кабинете, коротко переговорил с Бертом, а потом, извинившись, отправился домой. Там он стал ждать. Пальметто обещал, что пакет ему доставят сегодня. Он ждал, даром растрачивал часы. Позвонил Малике. Она ответила — смеющаяся, задыхающаяся.

— Привет, Джок, — сказала она. — А мы вчера были на актерской вечеринке, и…

— Мы — это кто?

— Мы с Джерри. Джерри — это мой клиент. Познакомились с режиссером, который, возможно, будет снимать фильм по книге. И ты представляешь? Он хочет, чтобы я снималась в фильме.

— Твой клиент?

— Нет, режиссер. Его зовут…

— Плевать я хотел, как его зовут. — Повисло молчание. — Сколько ты еще пробудешь в Лос-Анджелесе? — спросил он.