Читаем Горящее сердце Данила полностью

Как только в Олимпиаде начали участвовать спортсмены, усовершенствованные технологиями, сразу стал вопрос о границах такого «совершенства». Многие скептики говорили, что через пару лет на соревнования выйдут уже не люди, а роботы, которым от человека подсадят какой-нибудь крохотный орган или часть тела, например мизинец, и будут соревноваться с людьми. После долгих споров было принято неоднозначное, но хоть какое-то временное решение. Для каждого вида спорта был определен процент от массы тела, который могут занимать инородные тела в организме спортсмена. Крупные корпорации, обслуживающие спортсменов, сразу же стали работать над снижением веса материалов для протезов, имплантов и органов. Данилу ждать было некогда. Трехсотграммовое сердце выходило за допустимую границу.

Данил сидел на скамье, ожидая своего выхода. Сквозь затемненную крышу бассейна проник одинокий солнечный луч. Видимо где-то защитное покрытие облупилось и позволило свету робко пробраться внутрь. Луч скользил по воде, рассыпаясь на множество ярких искр. Пока шли соревнования, он прошел путь от середины бассейна почти до самого края, остановившись как раз в том месте, где входили в воду прыгуны.

Данил поднялся на вышку. Сердце в груди бешено колотилось. Даже подъем по ступенькам был для него тяжел. С высоты Данил еще раз взглянул на табло. Победа реальна, она была почти в его руках, осталось сделать лишь несколько шагов. Разбежавшись, он прыгнул вниз. Солнечное пятно на глади воды, словно мишень застыло прямо под ним. Последнее, что успел увидеть Данил, пересекая грань – разлетающиеся искры солнечного луча.

За воскресным завтраком мать Данила слушала рассказ Клеща.

– Представляете, все было так, как мы хотели! Грандиозный салют, лучшие площадки, приехали все наши ребята, все кто хотел поучаствовать. Такого праздника не было уже много лет! Какой-то фонд выступил спонсором соревнований – захлёбываясь от восторга, рассказывал он о церемонии закрытия Паралимпиады. Внезапно, оторвавшись от планшета с фотографиями, Клещ смутился: – Жаль, Данил это не увидел. Он всегда говорил, что наша Олимпиада самая важная, потому что спорт – это, прежде всего, характер и только потом технологии…

Клещ включил видео. На планшете крупным планом появился Олимпийский огонь. В этот момент он должен был покинуть Землю, отправляясь на Звездный стадион. Все зрители замерли в ожидании. Победители Паралимпиады поднимались к огненной чаше. С абсолютно пустыми руками в одинаковых блеклых и безликих комбинезонах они подошли к Олимпийскому огню. Десять паралимпийцев по числу команд Космолимпиады медленно протянули правую руку к древнейшему символу соревнований. Над стадионом повисла тишина. Даже комментаторы, без умолку говорящие на множестве языков, как по команде замолчали. Брать голыми руками огонь люди точно еще не научились. В один момент комбинезоны спортсменов начали покрываться языками пламени. Казалось, что огонь из Олимпийской чаши перекинулся на спортсменов, но нет, от нагревания ткань комбинезонов начала менять цвет, раскрашиваясь в красно-оранжевые всполохи. Источники Олимпийского огня… Победители Паралимпиады как символ силы, несгибаемой воли и веры в возможности человека, приняв тепло Олимпийского символа должны будут отправиться на Луну, чтобы там стать целью поиска десяти Космолимпийских команд.

Мать Данила смотрела на рассыпающиеся искры фейерверка, огонь, растекающийся по костюмам спортсменов и ей казалось, что это не алое пламя бьется где-то далеко на стадионе, а живое сердце ее сына.

Она подошла к комоду и достав пухлую синюю папку, провела рукой по толще страниц и файлов. Вся жизнь ее ребенка была заключена в ней, не хватало только нескольких финальных страниц. Она неспешно вложила в папку бумаги, полученные накануне в благотворительном фонде. Весь призовой фонд, заработанный на Олимпиаде и право им распоряжаться Данил передал организаторам Паралимпиады.

– Это был правильный выбор, сынок, – произнесла мать, убирая папку в комод.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Пространство
Пространство

Дэниел Абрахам — американский фантаст, родился в городе Альбукерке, крупнейшем городе штата Нью-Мехико. Получил биологическое образование в Университете Нью-Мексико. После окончания в течение десяти лет Абрахам работал в службе технической поддержки. «Mixing Rebecca» стал первым рассказом, который молодому автору удалось продать в 1996 году. После этого его рассказы стали частыми гостями журналов и антологий. На Абрахама обратил внимание Джордж Р.Р. Мартин, который также проживает в штате Нью-Мексико, несколько раз они работали в соавторстве. Так в 2004 году вышла их совместная повесть «Shadow Twin» (в качестве третьего соавтора к ним присоединился никто иной как Гарднер Дозуа). Это повесть в 2008 году была переработана в роман «Hunter's Run». Среди других заметных произведений автора — повести «Flat Diane» (2004), которая была номинирована на премию Небьюла, и получила премию Международной Гильдии Ужасов, и «The Cambist and Lord Iron: a Fairytale of Economics» номинированная на премию Хьюго в 2008 году. Настоящий успех к автору пришел после публикации первого романа пока незаконченной фэнтезийной тетралогии «The Long Price Quartet» — «Тень среди лета», который вышел в 2006 году и получил признание и критиков и читателей.Выдержки из интервью, опубликованном в журнале «Locus».«В 96, когда я жил в Нью-Йорке, я продал мой первый рассказ Энн Вандермеер (Ann VanderMeer) в журнал «The Silver Web». В то время я спал на кухонном полу у моих друзей. У Энн был прекрасный чуланчик с окном, я ставил компьютер на подоконник и писал «Mixing Rebecca». Это была история о патологически пугливой женщине-звукорежиссёре, искавшей человека, с которым можно было бы жить без тревоги, она хотела записывать все звуки их совместной жизни, а потом свети их в единую песню, которая была бы их жизнью.Несколькими годами позже я получил письмо по электронной почте от человека, который был звукорежессером, записавшим альбом «Rebecca Remix». Его имя было Дэниель Абрахам. Он хотел знать, не преследую ли я его, заимствуя названия из его работ. Это мне показалось пугающим совпадением. Момент, как в «Сумеречной зоне»....Джорджу (Р. Р. Мартину) и Гарднеру (Дозуа), по-видимому, нравилось то, что я делал на Кларионе, и они попросили меня принять участие в их общем проекте. Джордж пригласил меня на чудесный обед в «Санта Фи» (за который платил он) и сказал: «Дэниель, а что ты думаешь о сотрудничестве с двумя старыми толстыми парнями?»Они дали мне рукопись, которую они сделали, около 20 000 слов. Я вырезал треть и написал концовку — получилась как раз повесть. «Shadow Twin» была вначале опубликована в «Sci Fiction», затем ее перепечатали в «Asimov's» и антологии лучшее за год. Потом «Subterranean» выпустил ее отдельной книгой. Так мы продавали ее и продавали. Это была поистине бессмертная вещь!Когда мы работали над романной версией «Hunter's Run», для начала мы выбросили все. В повести были вещи, которые мы специально урезали, т.к. был ограничен объем. Теперь каждый работал над своими кусками текста. От других людей, которые работали в подобном соавторстве, я слышал, что обычно знаменитый писатель заставляет нескольких несчастных сукиных детей делать всю работу. Но ни в моем случае. Я надеюсь, что люди, которые будут читать эту книгу и говорить что-нибудь вроде «Что это за человек Дэниель Абрахам, и почему он испортил замечательную историю Джорджа Р. Р. Мартина», пойдут и прочитают мои собственные работы....Есть две игры: делать симпатичные вещи и продавать их. Стратегии для победы в них абсолютно различны. Если говорить в общих чертах, то первая напоминает шахматы. Ты сидишь за клавиатурой, ты принимаешь те решения, которые хочешь, структура может меняется как угодно — ты свободен в своем выборе. Тут нет везения. Это механика, это совершенство, и это останавливается в тот самый момент, когда ты заканчиваешь печатать. Затем наступает время продажи, и начинается игра на удачу.Все пишут фантастику сейчас — ведь ты можешь писать НФ, которая происходит в настоящем. Многие из авторов мэйнстрима осознали, что в этом направление можно работать и теперь успешно соперничают с фантастами на этом поле. Это замечательно. Но с фэнтези этот номер не пройдет, потому что она имеет другую динамику. Фэнтези — глубоко ностальгический жанр, а продажи ностальгии, в отличии от фантастики, не определяются степенью изменения технологического развития общества. Я думаю, интерес к фэнтези сохранится, ведь все мы нуждаемся в ностальгии».

Сергей Пятыгин , Дэниел Абрахам , Алекс Вав , Джеймс С. А. Кори

Приключения / Приключения для детей и подростков / Фантастика / Космическая фантастика / Научная Фантастика / Детские приключения