Ольга Кадочникова

Горящее сердце Данила

– Мама, я решил участвовать в соревнованиях, – как обычно, за завтраком сообщил Данил.

Они уже и сами не помнили, как и когда появился у них этот маленький семейный обычай, но каждый раз перед соревнованиями за одним из воскресных завтраков Данил говорил матери эту фразу. Каждый раз мама с гордостью глядела на него и отвечала: «Это правильный выбор, сынок»

Все было как обычно, но Данил понимал, этот год будет особенным.

Мать молчала. Глядя перед собой, она гладила ладонями лежащую на столе синюю папку, словно пыталась разгладить несуществующие складочки на глянцевом пластике. Губы ее тихонько подрагивали, как будто никак не решались начать разговор. Она отчаянно старалась отодвинуть момент, после которого станет ясно: спорить, убеждать, доказывать бесполезно. Данил принял окончательное решение. В голове у женщины еще вихрем кружились слова, которые она могла бы сказать, пытаясь заставить его передумать, но сердце уже сжималось от тревоги – она слишком хорошо знала своего сына, знала и понимала как никто другой. Прошло несколько минут, а мать так и не сказала ни слова.

Данил был лучшим в современном многоборье. Это знали все. К нему относились по-разному: им восхищались, его боялись, как сильного и опытного соперника, ему завидовали, но при этом всех одинаково интересовал один вопрос: будет ли Данил участвовать в этом году, а если будет, то в какой из трех Олимпиад?

Три Олимпиады в этом году проводилось впервые, поэтому было много споров, предположений и даже ставок. Мир спорта в очередной раз разделился на сторонников и противников изменений. Из всех информационных источников доносились диспуты и экспертные мнения.

Такой же ажиотаж случился больше пятнадцати лет назад, когда Данил был перспективным спортивным подростком и активно готовился к своим первым Олимпийским играм. Воспоминания о том периоде жизни не покидали Данила всю последнюю неделю. Он вспоминал, как уверенно чувствовал себя на всех снарядах, наслаждался возможностями юного сильного тела достигать наилучших результатов, грезил спортивным триумфом и минутами славы. Падение спортсмена было стремительным и болезненным. Не то падение на тренировочной трассе, после которого он, постанывая и держась за колено, вставал и медленно, опираясь на товарищей, шел к трибунам, где уже поджидали врачи, а падение с собственного Олимпа, на который он себя уже мысленно вознес. Медицинское обследование показало – коленный сустав деформирован, участвовать в соревнованиях Данил не сможет. Именно тогда в доме появилась тоненькая синенькая папочка, которая год от года как прожорливая гостья толстела и разбухала. Многочисленные исследования, анализы, диагностики помогли выявить синдром, названия которого Данил так и запомнил: слишком сложные фамилии были у ученых, описавших это современное явление. Но суть молодой человек уловил сразу – его организм разрушается. Медленно, один за другим, он будет терять органы, а, возможно, и целые системы. Ему никто не сможет сказать, что станет следующим. Данил слышал о таких случаях. С каждым годом их становилось все больше и больше. На фоне новостей о невероятных достижениях медицинских технологий, прорывах в трансплантологии, клонировании и выращивании донорских органов ложкой дегтя появлялись сообщения об открытиях новых вирусов, синдромов, наследственных заболеваниях и генных мутациях. Еще недавно живший только спортивными понятиями, Данил погрузился в изучение и современных заболеваний, и возможностей медицины. Чем больше он узнавал, тем сильнее ему казалось, что сама природа бросила вызов человечеству. Как только человек справлялся с одной проблемой, ему тут же подкидывалась другая. Данил стал лишь одной из жертв данной борьбы. Специалисты, вооруженные технологиями смогли заменить спортсмену сустав, но не смогли вернуть в состав сборной. Данил, завершив курс реабилитации смог принять участие в Паралимпиаде, после которой о нем заговорили, как о восходящей звезде.

Домофон входной двери зазвучал мелодичным переливом. Данилу не нужно было смотреть на экран, чтобы понять – это пришел Клещ – его друг детства. Клещ частенько навещал их семью по воскресеньям. В эти дни они могли поболтать никуда не торопясь, и оба любили такие неспешные встречи. Клещ ворвался, как обычно, стремительно и радостно, раскинув руки для приветственных объятий. Лишь отчасти благодаря вечно поднятым рукам, готовым обнять любого, к кому Клещ относился достаточно дружелюбно, он получил свое прозвище. Образ маленького насекомого дополняли укороченные с рождения ноги, на которых, впрочем, Клещ передвигался с завидной быстротой. Внутриутробная патология, одна из множества, случавшихся в последние десятилетия не дала Клещу достичь даже невысокого по обычным меркам роста. Он был действительно мал. Впрочем, люди, сумевшие узнать Клеща лучше, понимали, насколько сильный и целеустремленный человек оказался перед ними. Клещ умел общаться с людьми и получать от них то, что ему нужно.