Читаем Горящая колесница полностью

Директор Имаи ведь по характеру такой человек… Сёко ему понравилась, и он решил, что ей можно доверять — не позвонил на её бывшую работу, не стал вдаваться в подробности её послужного списка. Поэтому до теперешнего момента никто и не подозревал, что написанное здесь — чистая ложь.

Да, этой Сёко крупно повезло. Такое враньё — рискованное дело. То, что до сих пор никто её не раскусил, — счастливая случайность.

Видно, она и сама это понимала. Иначе постаралась бы придумать что-то более правдоподобное. Можно было бы написать названия фирм, которые действительно существуют.

Сёко Сэкинэ не хотела писать в послужном списке о том, как на самом деле зарабатывала на жизнь, поэтому она соврала. Она намеренно избегала учреждений с большим числом сотрудников и бдительным отделом кадров. Её интересовали только крошечные фирмочки. «Ну а если и там устроят проверку и выяснится, что написанное в послужном списке — ложь, тогда уж делать нечего…» Девушка была готова к тому, что когда-нибудь враньё раскроется. А если всё равно тайное станет явным, так пусть уж лучше сразу. Поэтому Сёко особенно не изощрялась. Так она ходила из фирмы в фирму и совершенно случайно наткнулась на «Офисное оборудование Имаи». Там её приняли. Возможно, всё именно так и было.

Её адвокат разослал в кредитные компании письма о том, что она обанкротилась в шестьдесят втором году эры Сёва, то есть в 1987 году, в мае…

Да, скорее всего, Сёко хотела скрыть это, и её послужной список был враньём.

Само собой разумеется, что, когда девушка обанкротилась, она где-то работала. Из кредитных фондов и ссудных касс на место работы постоянно звонили и присылали письма с настойчивыми требованиями вернуть долг. Наверняка бывало и так, что кредиторы приходили за деньгами прямо в офис, где работала Сёко. Всё это, конечно же, ставило её в неловкое положение перед работодателем. Пусть всего лишь по долгу службы, но Хомма всё-таки имел кое-какое представление о том, как действуют «небанковские» кредиторы. После того как в ноябре пятьдесят восьмого года эры Сёва, то есть в ноябре 1983 года был издан закон, упорядочивающий деятельность ссудный касс, кредиторы уже не могли требовать возвращения долгов так же грубо, как они делали это раньше, во времена «долгового ада». Но затишье это было лишь видимостью ведь они стали действовать ещё коварнее, так сказать «из-за угла». Каково, если тебе на рабочее место пришлют факс, а там что-то вроде: «Срочно свяжитесь с нами» — и название кредитного фонда?

Если написать в послужном списке правду, то новый работодатель запросто может позвонить в отдел кадров на старом месте. Что тогда?

— Сэкинэ-сан, говорите? У неё с долгами проблемы были…

После этого на новую работу тебя уже не примут. Про банкротство тоже лучше, чтобы не знали: с самого начала люди решат, что «человек небрежно относится к деньгам».

Поэтому девушка и врала.

Раздеваться было лень, и Хомма так и сидел в пальто. Стало жарко, и, глотнув холодной воды, он снова уставился в послужной список.

Не зная точной причины банкротства Сёко, предполагать что-либо пока ещё рано. Но вместе с чувством жалости к этой девушке в голове мелькала мысль о том, что Курисаке следует как можно скорее расстаться с Сёко.

Что же дальше? Действовать нужно эффективно, значит…

И всё же… Как искусно она лгала! Откуда только взяла названия этих компаний?

Тут Хомму осенило.

Если до того, как устроиться в «Офисное оборудование Имаи», Сёко Сэкинэ где-то работала, то у неё обязательно должна быть трудовая страховка. На бирже труда все данные о трудовом страховании уже более десяти лет как занесены в компьютер, они доступны через Интернет. Для того чтобы навести справки о том, где человек прежде работал, нужно всего лишь ввести в систему номер его трудовой страховки. Разумеется, в новую систему попали не только данные о тех, кто впервые устроился на работу. И те, кто оформлялся на новое место работы, и те, кто выходил на пенсию, — все получали трудовые страховки нового образца. Хомма как-то раз видел их. — По сравнению со старыми полисами, которые были величиной с проездной билет и на которых, во избежание подделки, были нанесены замысловатые узоры, эти новые сертификаты показались Хомме какими-то бумажками; они его даже разочаровали.

У Сёко тоже должен быть такой полис. Когда её приняли в «Офисное оборудование Имаи», девушка должна была предъявить его, а потом директор компании или, скорее всего, сама Сёко отнесли эту страховку на биржу труда в Синдзюку.

Хомма снова встал и направился к телефону. Дозвонившись до «Имаи», он услышал голос Миттян. Когда Хомма объяснил ей, в чём дело, та сначала удивилась, однако разузнать о трудовой страховке Сёко оказалось вовсе не сложно. Миттян сразу же всё проверила. Хотя она и отошла от телефона, Хомме было слышно, как она советуется с главой компании.

— Алло? Я спросила насчёт страховки.

— И что же?

— Трудовая страховка Сёко Сэкинэ выдана во втором году эры Хэйсэй, двадцатого апреля, — прочитала она вслух.

Послужной список Сёко Сэкинэ был написан пятнадцатого апреля того же года. Значит…