Читаем Горбачевы. Чета президентов полностью

— Автор рассуждает так, как будто Союза уже не существует. Это для Ельцина и других сепаратистов просто подарок. Прямо подталкивает страну к развалу. Как у нас Солженицын со своим «Как нам обустроить Россию». Я на это не пойду. Буду сражаться за сохранение СССР до последнего патрона. Но только без применения силы, что противоречило бы основным принципам моей политической философии и морали ненасилия. Хотя Литва считает себя уже суверенным государством. Об этом Раисе Максимовне в приватной беседе заявила премьер республики Казимира Прунскене. И куда им уходить. Все так повязано. В одиночку не выживет никто. Но, силой держать не стоит. Бесполезно.

— Почему, Михаил Сергеевич, в одиночку, — возразил Лукьянов, — как говорят, заграница им и поможет и примет к себе. И уже помогает, только КГБ спит и ничего не видит. Или бездействует, опасаясь обвинений в возврате к ежовщине и бериевщине. Что касается проблемы обновления федерации, я солидарен с мнением Бориса Павловича. До стабилизации положения в стране трогать коренные статьи Конституции о государственном устройстве крайне опасно. А если начнем процесс заключения нового союзного договора — страну точно погубим. В данный момент, когда все национальное так возбуждено, мы не сможем совместить суверенитета Союза с суверенитетами республик-государств.

— Не надо паники, процесс под контролем. Я думаю наоборот. Не проведем работы по обновлению федерации, Союз точно развалиться. Ведь она насквозь фальшивая и этого уже не скроешь. Готовьте проект нового союзного договора.

После этого обсуждения Курашвили покинул команду Шахназарова и написал уникальную работу под символичным названием «Страна на распутье», в которой подробно изложил план реформации страны по всем направлениям. Из печати она вышла в конце 1990 года. Но к этому времени даже самые лучшие планы уже никого не интересовали. СССР разваливался на глазах. И «пить боржоми» было поздно. Дело, как известно, после ГКЧП кончилось образованием уродливого СНГ.

Может хотя бы правящий класс новой России обратит внимание на труды выдающегося правоведа Бориса Курашвили. Там найдется что почерпнуть. Есть пророки и в нашем Отечестве. А от политологов-футурологов — этих политических экстрасенсов типа Шахназарова, правителям все-таки лучше держаться подальше.

Декабрь 1987 года. Столица США Вашингтон. Только что Рейган и Горбачев подписали первое конкретное соглашение о взаимном сокращении ракет средней дальности в Европе. Президент Америки уже был фигурой, уходящей с политической сцены. Через год заканчивался второй срок его президентства. На жаргоне американцев такая фигура называется «хромой уткой». К этому времени ему удалось достичь блестящих результатов во внутренней экономической политике, даже получивших в совокупности название «рейганомика». Но копилка внешнеполитических достижений оставалась почти пустой. Именно поэтому он так стремился к заключению этого соглашения. Теперь президент был доволен и поздравил советского партнера с этим успехом.

Горбачев тепло попрощался с Рейганом на крыльце Белого дома и в сопровождении вице-президента Джорджа Буша, направился к своему «ЗИЛу». Когда они подошли к лимузину, Горбачев неожиданно для себя и Буша пригласил его к себе:

— Джордж, садитесь в мой танк. До аэропорта еще можно пообщаться.

— Охотно это сделаю, — не отказался Буш.

Сидя рядом на широком сиденье-диване черного советского автошедевра, они заговорили о прошедших переговорах и будущих планах по сокращению вооружений. Затронули тему возобновления переговоров двух стран в Женеве. Советская делегация три года назад по команде Громыко в ответ на заявление США о программе СОИ, покинула переговоры. Теперь договорились их продолжить.

Вспомнили, как часто прежде бывал Буш в Москве по одному и тому же поводу — трижды представлял президента США на похоронах советских лидеров. И вдруг Буш резко сменил тему и заговорил о предстоящих в США 1988 году президентских выборах.

— Господин Генеральный секретарь, позвольте и мне обращаться к вам по имени. Я хочу сообщить кое-что. Но это должно остаться между нами.

— Разумеется, Джордж, — подтвердил Горбачев.