Читаем Горбачевы. Чета президентов полностью

Церковные и языковые особенности каждое само по себе не было бы способно так радикально разъединять народ Украины. Но вместе, почти идеально накладываясь друг на друга, да еще подпитываясь противоположными интересами мощных региональных политических кланов, они препятствуют созданию прочного государственного порядка и формируют оголтелый национализм — неприятие и провоцирование на конфликты как близких так и дальних людских общностей на них не похожих. И эти различия за годы перестройки не сгладились, а обострились. Все это подталкивает меня, как и других исследователей Украины, к выводу об отсутствии перспективы существования единого государства в рамках современной его территории. Этот фундаментальный фактор, в свою очередь, не может не предопределять характер отношения к ней государств-соседей и России прежде всего. «Беспокойный сосед» всегда вызывает соответствующую защитную реакцию у его окружения, вплоть до замены в такой стране правящей элиты или как минимум правителя, если оно не может защитить себя от обид или умиротворить такого соседа иным путем. В юриспруденции право на такой способ действий именуется крайней необходимостью. Принудительная замена правящего слоя и правителя действительно крайность. А вот поощрение процесса мирного разделения Украины с целью ее умиротворения как минимум на три явно и естественно сложившихся части давно назрело. Не ждать же когда она перейдет к более активным обидам (чем оскорбление москалей, например) или станет ареной опасных для государств-соседей внутренних распрей или плацдармом для третьей недружественной России силе. Когда заполыхает, будет дороже и украинцам и соседям. В XVII веке югу России уже приходилось принимать сотни тысяч беженцев из раздираемого «Руиной» Правобережья Днепра.

В каждой из трех частей Украины есть региональная элита. Достоверно известно, что неформальные лидеры центральной и юго-восточной элит ориентируются на Россию. Но они хотят знать, как поведет себя руководство России, если они заявят о разводе с Галицией. России надо сразу открыто и внятно заявить о том, чего в этой ситуации желают ее политический класс и народ. А он желает иметь на западной границе близких по вере и прежним столетиям совместной жизни спокойных соседей без галицийской фронды. «Братам» из Галиции надо настойчиво предложить прекратить свой оголтелый национализм. Никто не виновен в том, что они пока еще не доросли до зрелой государственности и потому вынуждены перебиваться в примаках у разных соседей. Может начать с автономии в составе «рiдной» Польши? А через сотню лет и свое государство созреет. Тогда и в Европейский Союз пожалуйста, если он к тому времени не будет разваливатся как СССР. Пока же надо воздержаться от заявлений и действий, вредных для отношений России с ЕС и НАТО, иначе кому-то из них придется использовать право на крайнюю необходимость и к галицийским провокаторам.

Для России дружественная Украина — мост в Европу. Нестабильная или не дай бог враждебная Украина — барьер между Россией и Европой. Барьеры такого рода Россия в своей внешней политике всегда устраняла любой ценой, так как для нее это фактор выживания и благополучия. Так поступил со шведским барьером Петр Великий, когда очистил от него юго-восточный берег Балтики и устроил там Питер.

Изложенное выше важно для понимания ситуации в ближней перспективе. В долгосрочном плане наш завет потомкам таков: добиться объединения России, Украины и Белоруссии в одно восточнославянское государство со столицей в Киеве. Из Питера она в Москву возвратилась. Пора возвращаться и в Киев, хотя бы президенту. Размещение Верховного суда в Питере, Президента в Киеве, Правительства и Парламента в Москве придаст устойчивую и сверхсовременную конфигурацию ново-старому государству и системе его верховной власти.

Соединить Калининградскую область с новым государством через Лаздияйский коридор (часть территории Литвы вдоль польской границы, как долг за Клайпеду, переданную ей безвозмездно в послевоенное время). Можно и выкупить, как когда-то у поляков Киев, или взять в многолетнюю аренду. Подобный договор есть у СССР с Финляндией на часть Сайменского канала.

Только в этих естественных границах наше восточнославянское Отечество будет развиваться мощно, спокойно, гармонично и, наконец-то, не в интересах своих и международных властей и соседей, а для благоденствия простых людей».

Закончив чтение, Горбачев непривычно долго молчал. Потом, как будто опомнившись, проговорил.