Читаем Голос крови полностью

И тут вдруг Фиона! Такая непохожая на Нину. Нина – женщина, олицетворяющая спокойное, обеспеченное будущее, интеллектуальные разговоры. Этого он искал, к этому стремился. Выбрав ее, он сделал бы решительный шаг прочь от своего прошлого, от Изингтона, пресловутого Изингтона. Знаменитого тем, что в нем больше тучных людей, чем во всех других городах Англии. Знаменитого тем, что в нем безнадежно высок уровень безработицы, а также процент больных людей. Знаменитого тем, что это самый злополучный город в стране, и тем, что здесь снимался «Билли Элиот».

Бен, которому дома с ранних лет внушали, что он странный мальчик, потому что еще до школы научился читать и писать, которого считали не совсем нормальным, потому что в двенадцать лет он ездил на велосипеде в Питерли или Дарем не за сигаретами, а за книжками… Одним словом, Бен поклялся, что никогда не станет таким, как его братья. И не стал. Нина всегда была для него живым подтверждением этого факта. С каждым днем он все яснее чувствовал, что дальше так продолжаться не может. Между жизнью в Изингтоне и жизнью с Ниной было столько всего другого. Но таким уж он уродился трусом. Иногда он звонил ей вечером и рассказывал всякую полуправду о своей работе («Ассистент в руководстве фирмы») и о своем семействе («Я сейчас нужен дома родителям»), говорил, что пока, мол, придется подождать. В нынешний уик-энд ему ну никак невозможно приехать из Англии. Наверное, на той неделе. Наверно.

Не исключено, что он потянет с этим делом и больше двух месяцев. А что? Время не поджимает. Отец Седрика лорд Дарни исчез при загадочных обстоятельствах. Лорд был владельцем нескольких издательств и телевизионных станций. Человек с таким солидным имиджем, что даже второй брак с женщиной значительно моложе его почти не поколебал отношение к нему в обществе. Пока не всплыло, что за этим фасадом лорд Дарни занимался криминальной деятельностью, не останавливаясь даже перед убийством. Едва полиция напала на след, как он тут же исчез. Одновременно с ним скрылся еще один опасный преступник. И не потому, что они были добрыми приятелями, совсем напротив. Пресса долго пережевывала эти события, перебрав все возможные сценарии. Например: Дарни убит своим врагом. Или: Дарни убил его, а сам скрылся. Или: эти двое объединились и скрылись вместе. Или: они убили друг друга, и теперь их едят рыбы в Северном море. Все это произошло два года тому назад, следовательно, должно пройти еще пять лет, прежде чем Дарни будет официально объявлен умершим. И только после этого завещание вступит в силу.

Бен вовсе не собирался пять лет работать шофером. Но почему не потянуть подольше? Вот только под отчим кровом он долго не выдержит, это уже было ясно. Тут он снова почувствовал себя как в четырнадцать лет. А это был для него нехороший период. Придется еще немножко потерпеть на случай проверки, чтобы и впредь никто не мог к нему подкопаться.

Лежа на узком тощем матрасе, он просматривал на айфоне странички различных организаций по защите животных. Он слишком долго занимался их изучением, чтобы еще реагировать на фотоснимки животных. В мозгу сама включалась какая-то защита. В области эмбриональных исследований он тоже чувствовал себя почти специалистом. Но в деле расследования ни то ни другое не поможет ему сегодня продвинуться ни на шаг.

Бен занялся планом комплекса строений «ИмВака», который он незаметно переснял на свой айфон. Квадратный четырехэтажный главный корпус. Рядом гараж. По бокам четыре прямоугольных флигеля. Это – лабораторные корпуса, три из них обеспечены системой охраны наивысшего уровня. Эти здания имеют только по два наземных этажа и скрытые под ними подвальные помещения. Строительство подземной части громадного здания на песчаном грунте, причем так близко к прибрежной полосе, было дорогостоящим предприятием. Еще тогда, когда строительные работы только начались, Бен задавался вопросом, каким образом «ИмВаку» удалось получить на них разрешение. Ответом были деньги.

Бен вызвал на экране айфона спутниковую карту «ИмВака». Он жалел, что под рукой не было принтера, тогда бы ему легче было сравнивать ее с чертежными планами. Но ничего особенного не бросилось ему в глаза. Спутниковая карта совпадала с чертежами. Бен отложил айфон в сторону. Каждое помещение использовалось по назначению. Каждый сотрудник работал над теми задачами, для выполнения которых его взяли на должность. Каждый месяц производилась, порой с предуведомлением, порой без предупреждения, проверка представителями контролирующей организации, во время которой особое внимание уделялось требованиям, установленным для опытов над животными. Либо Чандлер-Литтон платит большие деньги за то, чтобы эти посещения неизменно проходили без осложнений, либо ему действительно нечего скрывать. Может быть, для начала за это как раз и стоит уцепиться – присмотреться повнимательней к представителям контролирующей организации.