Читаем Гололед полностью

— Это просто дружеский подарок, у меня такой же комплект с ластами на 45 — ый размер. Уеду, оставлю его здесь. Будешь добычей с моими делиться, — предложил ему я.

— Леха, за твой комплект отдадут ствол. Давай я договорюсь, там лоб как раз с 45-ым дефицитом. А тебе дам свои старые ласты-маску-шноркель, для покупаться будет нормально.

— Ну тогда и ладно. Договорились, — дал я свое добро.

Вот так севастопольцы и решали вопросы, сложные и не очень. А вот доплатить таки пришлось — пистолетик то был наградной, хромированный, в герметичной шкатулке со свастиками и орлом (ее не взял). Вот уж по истине — если где-то убудет, то где-то прибудет. На станине кожуха-затвора была гравировка: «Hauptmann Otto von… fur Tapferkeit» (Капитану Отто фон… за Доблесть).

— А где гауптман?

— На дне, рядом с Херсонесом, в трюме самоходной баржи.

Так я экипировался, пора было в путь. Пока двинул на Симферополь, уже через Бахчисарай. По дороге попробовал вальтер, похоже из него почти не стреляли. Запрятал в удобном месте на мотоцикле — легко достать и посторонний не найдет, разве что знаток военных мотоциклов вермахта.

В Симферополе «бригада ух, работаем за двух», закончила уже наружную отделку времянки и взялась за гараж. Семенычу они глянулись, он рассказал: «Только задание и деньги выдаю, дальше голова не болит». Повезло. На следующее утро я двинул в Евпаторию через Николаевку, как там в Крыму говорят — «через Саки на Мойнаки».

И вот в этот раз я поездил по Крыму, открыв для себя чудеснейшие уголки полуострова с чарующими названиями: Ай-Петри, Учансу, Чуфут-Кале, Мангуп, Роман-Кош (забрался туда на мотоцикле), Чатыр-Даг (то же на мотоцикле), Кизил-Коба, Джур-Джур, Коктебель, Казантип, Кара-Даг, Тарханкут. Настоящий «праздник, который всегда с тобой».

В Москву вернулся, отдохнувший, набравшийся впечатлений и разочаровавший в женском поле. Они на отдыхе и вдали от дома, как с цепи сорвались. Как-то заночевал на турбазе вместе с туристами (в группе на десять человек — шесть женского рода) и я сначала с удовольствием принял гостью в свой спальник. А затем пытался игнорировать, но… и так до утра. Потом спал до обеда. После этого зарекся подъезжать к стоянкам туристов, ну почти… зарекся. Инструктор рассказывал страшные вещи: на ночь зашнуровывает палатку, а утром просыпается не один и… с зашнурованной палаткой. Мистика. У туристок считалось подвигом трахнуть инструктора и неважно сколько ему лет — то ли стажер лет семнадцати, то ли зрелый мужчина под сороковник. Вот, что делает с людьми природа.

В отделе, руководитель моего дипломного проекта, кандидат технических наук Валентина Ивановна Борельская обрадовала меня сногсшибательной вестью. Мы едем на Нововоронежскую АЭС, на Дон, для сбора материала для докторской диссертации командира Борельской. А также с перспективой на мою аспирантуру. Я заикнулся о занятиях и предстоящих госэкзаменах, но был поставлен на место — Валентина Иваовна все согласовала. Я был поражен, здесь только еще до диплома добираться, а уже Васюки в Нью-Москву переименовывают. Но пропустил это все сквозь поток сознания — главное диплом, а попутно… и всякое другое пойдет.

Валентина Ивановна поехала на поезде, а я на мотоцикле. Привык я к нему и световой день еще длинный. Пути примерно на 12 часов. На АЭС вышел на проектную мощность только первый энергоблок, готовился к пуску второй и строились третий и четвертый. Все с повышением в мощности и каждый с головными реакторами в сериях. Пионерские работы. Было на чем набрать материал, но и запутаться в нем было очень легко. Командир Борельская меня пристроила меня к делу, галопом прогнав по необходимым инстанциям… и через недельку отбыла. Я приуныл, однако его величество случай здорово облегчил мне жизнь работу. Как-то, промаявшись без толку весь день в производственном отделе АЭС, я окончательно решил пристроиться в наем на испытательные стенды. И приняв это решение пошел вечерком на Дон, скупнуться перед ужином. На пляже набрел на двух лбов-бакланов издевающихся над невысоким парнем интеллигентного вида. Даже в трусах он выглядел рафинированным интеллигентом — гигантом ума. Я не герой-спасатель, но этого парня мельком видел на АЭС в производственном отделе. Выходит наш. Попросил парней, отвязаться от моего сослуживца — нагрубили в извращенной форме. Оба получили по голове и я их поволок топить в Дон. Тяжелые гады, как железные шкафы, а парень не помогает. Ну все же они похлебали водицы — я их запинывал в воду и притапливал по очереди. Вскоре одна бабеха стала звать милицию на помощь, пришлось с достоинством удалиться. Бегом. Парня звали Борис, он был ленинградец и старший инженер. Его прикомандировали на АЭС из КБ «Ижорского завода». Для консультаций-испытаний-согласований по изделиям завода — корпусам ядерных реакторов. Вот так оно вышло. Пошли поужинали в столовке и я его проводил к общаге специалистов. Оказалось он живет один в однокомнатной квартире и может меня пристроить туда, как своего сотрудника.