Читаем Год нашей войны полностью

Молния не раз повторял Свэллоу, что ее борьба за вступление в Круг закончится раз и навсегда, стоит ей только выйти за него замуж. Прошел уже год, но она так и не согласилась. Я хотел выяснить, что мешает ей пойти на этот шаг, с тем чтобы запастись достойными аргументами, которые помогут ее переубедить. Слава богу, я не восхищаюсь ею так, как Молния, но я хотел бы, чтобы она к нам присоединилась. И хотя я плохо разбирался в музыке, но я знал, что она — самый талантливый композитор, которого рождало Четырехземелье за все время его существования. К тому же она была прекрасным человеком, с которым можно выпить и который замечательно играет на гитаре.

Я двигался, привычно обходя или переступая неровные плитки в полу, но Свэллоу оказалась в этом коридоре впервые, и ей приходилось спешить изо всех сил, чтобы не отстать. Лучник шагал позади нас, и стрелы в его колчане ритмично постукивали друг о друга.

Я слегка замедлил шаг, чтобы Свэллоу было легче.

— Ты всю жизнь прожила в Ондине? — поинтересовался я, пытаясь ее отвлечь.

— Кроме прошлого года — его я провела в Хасилите.

— А мама твоя наверняка из Дива.

— Да. Но как ты?.. Ах да, ты определил по акценту. Удивительно!

Я пожал плечами, чтобы показать, что это не более удивительно, чем ее способность запоминать каждую ноту в каждой симфонии. Она написала два своих первых произведения еще до того, как ей исполнилось двенадцать.

У нее были полосатые — темно-красные и коричневые — перья на крыльях, что встречалось очень редко. Они выглядели такими роскошными, а ее тело — таким мягким и нежным, что мне захотелось дотронуться до нее. Я подавил в себе это желание и ускорил шаг, чтобы оставить соблазн позади.

Тронный зал находится в центре Замка, который находится в центре мира. Я провел Свэллоу через резные арки мимо витых колонн к лестнице. Здесь Молния покинул нас. Он взбежал вверх по ступенькам и исчез в двери, которая вела на галерею. Стены, вдоль которых мы шли, украшали вырезанные из камня барельефы в виде голов Насекомых. Их выпученные обсидиановые глаза были отполированы до зеркального блеска. Каменные усики-антенны соединялись так, что казалось, будто треугольные головы свисали с них, подобно луковым головкам. Я слышал, что этими каменными изображениями заменили настоящие трофеи, добытые в незапамятные времена первыми эсзаями. Наверное, это проделали из-за запаха или из-за того, что все: и члены Круга, и придворные, и слуги — устали от падавших на них извивающихся червей. Помимо всего прочего, на стенах висели щиты, а между ними на постаментах стояли бюсты, которые Свэллоу разглядывала так, словно могла кого-то или что-то узнать.

— Не получится, — предупредил я. — Эта часть замка не перестраивалась с момента его основания, а география Четырехземелья с тех пор полностью изменилась.

— Ясно. А здесь есть Микуотер?

— Нет. Все, что ты видишь, — это история, которой две тысячи лет.

Свэллоу замолкла; она украдкой рассматривала потускневшую геральдику на потолке, для изображения которой использовали всего три краски: темно-красную, похожую на старую кровь, умбру и зеленую. Сотни лет я исследовал заложенный во все это тайный смысл, но так и не добился успеха.

Я каждый раз мучился с дверью в Тронный зал — она была сделана из дуба так давно, что дерево почти окаменело. Чтобы сдвинуть ее с места, нужно было надавить на нее всем весом. Моего явно не хватало.

Рядом с дверью стоял страж, одетый просто и опрятно. Он держал в руках начищенное копье, на боку висел меч в ножнах. Увидев меня, он вытянулся в струнку, однако, когда я помахал ему, тут же расслабился.

— Приветствую тебя, Комета.

— И тебе привет, Лайнер. Сто лет тебя не видел.

— Лайнером звали моего отца, — чуть улыбнулся страж.

— О…

— Я — тот маленький мальчик, которому вы давали сласти и говорили: «Однажды он станет отличным солдатом».

Я ошеломленно кивнул. Ошибки такого рода случались со мной все чаще.

— Миледи?

— Это — Свэллоу, избранница Молнии. Она хочет стать бессмертной. Ей нужен титул, который заменит ее противное имя.

Страж оглядел Свэллоу с ног до головы и потом обратился к ней:

— Здесь вы должны сдать оружие.

— У меня нет оружия, — сказала она, взглянув на меня.

— Даже ножа?

— Даже ножа!

Стражник взглянул на меня через голову Свэллоу и ухмыльнулся.

— Драгоценности тоже придется оставить, — продолжил он.

— Заскаям не разрешено носить драгоценности, когда собирается Круг, — объяснил я.

Свэллоу кивнула, думая, что это очередной способ заставить людей чувствовать себя маленькими и бесполезными.

— Все чувствуют себя маленькими и незначительными перед лицом императора, даже эсзаи. — Я попытался ободрить ее. — Вряд ли это мудро — прятаться за золотыми побрякушками, а не за своими достижениями.

— И часы.

— Но зачем?

— Потому что времени не существует в присутствии императора, — объявил страж.

Свэллоу вынула своа карманные часы и отдала их. Страж подошел к двери и спиной открыл ее. Свэллоу двинулась вперед, но я успел положить руку ей на плечо.

— Один совет, сестра. Не смотри наверх.