Читаем Глина полностью

— Дай мне инспектора Блейна из АТС. Закрытый звонок. Используй скрэмбл. Мне нужен он сам, лично. Если он блокирован, то пошли сигнал «срочно».

Нелл, моему домашнему компьютеру, это не понравилось.

— Сейчас три часа утра, — сообщила она. — Инспектор Блейн не на дежурстве, и двойника в активном режиме у него нет. Хотите еще раз прослушать, что он сказал, когда вы разбудили его в прошлый раз? Он пригрозил обвинением в нарушении гражданских прав на частную жизнь, что грозило штрафом в пятьсот…

— А потом он поостыл и снял обвинение. Соедини, ладно?

Голова буквально раскалывалась.

Словно предвидя, что мне понадобится, Нелл приготовила стакан шипучей смеси, который я выпил залпом в ожидании ответа на звонок. Переговоры двух компьютеров проходили, разумеется, в спокойных тонах. Разумеется, машина Блейна хотела сама принять сообщение, а не будить босса.

Я уже переодевался, натягивая громоздкий защитный комбинезон, когда на связь вышел лично инспектор Ассоциации Трудовых Субподрядчиков, еще толком не проснувшийся и недовольный. Я сказал, чтобы он заткнулся и встретил меня возле Теллер-билдинг через двадцать минут. Если, конечно, у него есть желание закрыть наконец дело Уэммейкер.

— И организуй прибытие первоклассной группы захвата, — добавил я. — Большой, чтобы не получилось еще одной месиловки. Помнишь, сколько жалоб было в прошлый раз?

Блейн выругался, увесисто и многословно, но мне все же удалось привлечь его внимание. Я даже расслышал гудение промышленной печи, способной отпечатать зараз три копии класса «крепыш». Блейн не скупился на выражения, однако, когда к тому вынуждали обстоятельства, отличался разворотливостью.

Я тоже. Дверь любезно распахнулась, и голос лектора переключился сначала на мое перенос-устройство, а потом на машину. Когда Блейн наконец успокоился и отключился, я уже мчался через предутренний туман к центру города.

Я застегнул ворот шинели и надвинул поглубже шляпу, придав себе вид настоящего частного сыщика. Всю мою форму сшила вручную Клара, пользуясь специальными высокотехничными тканями, которые она умыкнула со склада резервистов. Классный материальчик. И все же защитные слои не давали полной уверенности. Современное оружие способно взрезать любую текстильную броню. Самым разумным, как всегда, было бы послать копию, но я живу слишком далеко от Теллер-билдинг. Моя маломощная домашняя печь просто не успела бы изготовить двойника в оставшееся до встречи с Блейном время.

Отправляясь на операцию лично, я неизменно чувствую себя не в своей тарелке. Мурашки по коже. Ощущение уязвимости. Настоящая плоть не предназначена для риска. Но разве у меня был выбор?


Настоящие люди все еще живут в некоторых самых высоких зданиях, откуда открываются роскошные виды, оценить которые способны лишь органические глаза. Но остальная часть Старого города стала обителью призраков и големов, каждое утро отправляющихся на работу из печей своих владельцев. Сотни рабочих в дешевой пестрой одежде выходят из автобусов, маршруток и фургонов. Все они такие разные и вместе с тем до невозможности одинаковые.

Налет надо было закончить до массового наплыва двойников, поэтому Блейн поспешно разместил свои силы в двух кварталах от Теллер-билдинг. Пока инспектор расставлял взводы и раздавал защитное снаряжение, его адвокат-дубль вел переговоры с закованным в броню копом, выторговывая разрешение на использование частных сил.

Мне ничего не оставалось, как грызть ноготь, наблюдая за наступающим рассветом. Сумерки рассеивались, и уже можно было различить неясные фигуры великанов, бродящих по каньонам метрополии, — жуткие образы, которые привели бы в ужас наших предков. Один такой силуэт прошел под уличным фонарем, отбрасывая колеблющиеся тени высотой в несколько этажей. Низкий протяжный стон эхом устремился в нашу сторону, и земля задрожала под ногами.

Дело надо заканчивать побыстрее, пока это чудище не подошло ближе.

На тротуаре валялась бумажка, фантик от конфеты. Странно, в этом районе такого рода мусор в диковинку. Я сунул ее в карман. Обычно улицы города двойников безупречно чисты, ведь големы не едят и не сплевывают. Зато трупов по сравнению с временами моего детства стало куда больше.

Главная забота копа — убедиться, что среди сегодняшних тел нет настоящего. Черный двойник Блейна, поспорив еще какое-то время, убедился в бесплодности переговоров и, пожав плечами, принял условия города. Наша армия была готова. Две дюжины пурпурных бойцов, бесполых и гибких, некоторые в масках, выдвинулись из места сосредоточения.

Я бросил взгляд в сторону бульвара Аламеда — гигантский силуэт исчез. Но будут другие. Надо спешить или мы рискуем затянуть до часа пик.


К великой радости Блейна, его наемники застигли бандитов врасплох.

Наши бойцы прошмыгнули мимо внешних детекторов в рабочих машинах, переодетые в форму обслуживающего персонала и под видом големов-курьеров, доставляющих утреннюю почту, и добрались уже до входа, когда датчики обнаружили спрятанное оружие и подняли тревогу.

Перейти на страницу:

Все книги серии Глина

Похожие книги

Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези