Читаем Глаз ведьмы полностью

Обернувшись, он поглядел назад и понял: его надеждам не суждено сбыться — следом за ними на приличной скорости несся тот самый джип, прятавшийся за кустами во дворе дома на Новой улице. Не достав их у гаража, противник решил исправить допущенную ошибку и отомстить за кровь своих людей. Не пройдет и нескольких минут, как джип догонит, и из него по «запорожцу» начнут полосовать очередями, а то и кинут гранату. А потом уйдут на скорости вперед или свернут… Свернут?

— Тут есть куда свернуть? — передернув затвор «узи», спросил Серов.

— Опять? — она затравленно посмотрела в зеркало. — Кто?

— Черный джип-«патруль».

— Через триста метров поворот на грунтовку.

— Давай, — обреченно махнул он рукой. — Там есть хоть какие-то кусты или деревья?

— Есть, есть, — Тамара выжимала из «запорожца» все его оставшиеся силы. — Что ты задумал? Они же сейчас нас догонят!

— Сворачивай!

Она послушно повернула руль. Их сразу же начало подбрасывать, будто они катались на аттракционе в парке, и Серов почему-то вспомнил, как они не сели на карусель, а теперь покатаются ли на ней когда-нибудь, знает один Бог!

Какая же ерунда лезет в голову! Сейчас их будут убивать, а он про карусели…

Черный джип свернул за ними, и тут же по «запорожцу» хлестнула первая прицельная автоматная очередь. Заднее стекло разлетелось на мелкие осколки, а в лобовом появились две дырки. По счастливой случайности ни Тамару, ни Сергея не задело, но Сергей помрачнел: стреляли из автомата Калашникова, а это серьезная штука, не чета израильскому «узи». Пока их спасают ухабы, но сколько же можно полагаться на везение?!

— Сворачивай! — закричал он, увидев, что дорога делает поворот и скрывается за пыльными кустами. — Сворачивай, сбрасываем скорость и выскакиваем из машины. Беги за мной! Не забудь пистолет. Как крикну, падай и начинай стрелять по джипу! Поняла?

Тамара кивнула и крутанула баранку. Сзади хлестнула еще одна очередь, но прошла мимо. Женщина сбросила скорость и рванула ручной тормоз, машину повело, но Сергей уже распахнул дверцу и вывалился наружу. Вскочил и кинулся к кустам. Немного замешкавшаяся Тамара бежала следом.

— Ложись, — крикнул он ей, увидев, как из-за поворота появился капот черного джипа и автомобиль тормозит, чтобы не врезаться в развернувшийся поперек дороги «запорожец». Но поздно, машины столкнулись, и Серов начал поливать джип очередями из «узи».

Из «патруля» огрызнулись из нескольких стволов сразу. Рядом, где-то за кустами, гулко ударил ТТ — это стреляла Томка.

Сергей закричал от бушевавшей в нем ярости, встал на колени и, держа «узи» в правой, а ТТ в левой руке, начал безостановочно бить по джипу, как совсем недавно стрелял по «Волге» у гаражей. Рядом щелкали пули, бухал ТТ, но Серов не обращал ни на что внимания, словно слившись с оружием и мечтая лишь об одном — добить этих гадов, добить!

Странный хлопок, следом за которым над джипом взметнулось почти бесцветное пламя, заставил Сергея остановиться. Кто-то выскочил из джипа и побежал в поле. Он нажал на курок «узи», но магазин был пуст. Тогда Серов снял этого гада из ТТ.

Больше никто не стрелял. Потрескивало пламя, охватившее джип и «запорожец», шумел в листве ветер, да слабо доносился гул шоссе.

— Тамара! — позвал Сергей и, не услышав ответа, пошел через кусты туда, где она залегла, когда они выскочили из «запорожца».

Увидев ее, он подумал, что ей плохо, и кинулся, чтобы помочь, но, перевернув лежавшую ничком женщину на спину, застыл, не в силах осознать случившееся.

Пуля попала ей точно в правый глаз — в зеленый «глаз ведьмы», изуродовав лицо и превратив глазницу в сплошной багрово-кровавый комок. Из ослабевшей руки Тамары выпал пистолет с полностью расстрелянной обоймой, и Сергей отшвырнул его в сторону, как совершенно ненужную вещь.

Наверное, ему стоило закричать, зарыдать, посылать небу проклятия, чтобы выплеснуть из себя горе ужасной потери, но в груди не хватало воздуха для крика, в глазах было сухо, а на проклятия не осталось никакой злости. Душа была пустой.

Он нарвал немного запыленных полевых цветов, росших на обочине, положил их на ее изуродованное лицо и сгорбившись побрел к шоссе, подхватив по дороге свою сумку. И ему казалось, что это идет не он, Сергей Серов, а некто другой, постаревший в один миг если не на тысячу, то на сотню лет.

Звонок, которого так ждал Леонид Сергеевич, все равно оказался для него неожиданным. Когда он снял трубку и услышал бодрый тенорок Бориса Матвеевича, сердце невольно замерло: как там? Пусть Сирмайс был уверен в удаче, но все равно душу точил червь сомнения, лишая покоя, — пока тучи не разойдутся, пока не будет поставлена последняя точка, нельзя дать себе расслабиться, чтобы потом не рвать волосы и не обливаться горючими слезами. Самое страшное — проявить в таких делах беспечность, которая может стоить головы.

— Рад приветствовать, — как всегда начал Бормотуха, но Сирмайс прервал его, спрятав нетерпение за сухой деловитостью:

— Извини, Борис, я сейчас очень занят, поэтому давай сразу по делу.