Читаем Глаз ведьмы полностью

Нет, настоящую Полину Горелову она не знала — лишь однажды видела издалека, когда ее показали из окна автомобиля, и еще на видеозаписях. По ним Тамара готовила грим, делала прическу, разучивала походку. Ей объяснили, что нужно держать язык за зубами, поскольку хотят скомпрометировать высокопоставленного любовника этой женщины, для чего и нужен двойник Полины, но как именно будет проведена эта компрометация, не объяснили, а она побоялась спрашивать. Тем более ей заткнули рот разными дорогими тряпками, доверенностью на новенькую красную «ладу», обещаниями подарить этот автомобиль после успешного завершения работы и вообще красивой жизнью: деликатесами, массажистками, парикмахерами, валютными шопами и тому подобным. Добивались того, чтобы она выглядела в точности как Полина. Кто же от добра добра ищет? Тем более к ней относились уважительно и не позволяли себе не то что руки распускать, но даже сальных взглядов.

Как только она согласилась работать, Казаков немедленно ушел в тень и появился некий Константин Михайлович, с улыбкой назвавшийся ее мнимым родственником. В дальнейшем он и опекал Тамару, а незадолго до сломавшего ее жизнь дня свел с неким Сергеем Сергеевичем.

— Да? — Серов внутренне напрягся: неужели он вновь держит в руках кончик нитки, ведущей к зарослям, в которых терялась «крысиная тропа»? — Какой он из себя?

— Так, — Тамара пожала плечами, — никакой. Глаза светлые, волосы непонятного цвета, костюмчик серенький, голос тихий и весь такой вежливый, но по коже мурашки бегут. Сказал, что сообщат, в чем будет одета Полина, и мне надлежит одеться так же. Все вещи купили заранее. Насколько я поняла, у нее, ну, у Полины, была что-то типа экономки или домработницы, так они ее подкупили, и она все сообщала.

— Револьвер кто дал?

— Константин. Вообще он всем командовал, но при Сергее Сергеевиче держался словно школяр. Казаков все расскажет, ты же, как я поняла, тоже его знаешь?

— Он уже никому ничего не скажет, — усмехнулся Серов. — Убили его.

— Убили?! — охнула Тамара. — Господи, что же делать-то, а?

— Ты лучше скажи, как в тот день все случилось?

— Лучше не напоминай, — она приложила кончики пальцев к вискам. — Голова начинает разламываться. Главное: я должна привезти тебя на Гончарную и улизнуть! Там квартиру сняли, с выходами в разные подъезды. В нее приказали тебя заманить и скрыться, но я не стала этого делать.

«Меня должны были арестовать в квартире, — понял Серов, но Тамарка спутала их планы, и я остался на лестничной площадке, а потом спустился во двор и уехал. Что же, спасибо и на этом».

— Спасибо, — повторил он вслух. — Я потом пытался найти этого Костю.

— Ты бы его в жизни не нашел, — горько улыбнулась Тамара.

— Почему?

— Потому что он всем представлялся как Костя Максимов, а на самом деле он Зяма Бланк! Я как узнала, так внутри что-то перевернулось, а когда эту женщину во дворе на асфальте увидела, то поняла, во что втянули, и дала деру…

— Погоди, — прервал ее Сергей. — Давай-ка расскажи, как ты узнала, что Костя совсем не Костя? И где ты видела Сергея Сергеевича, ездили к нему или он сам объявился?

— Сам. Пришел вечером с этим козлом, который представлялся Костей, и целый час читал занудливые наставления, как себя вести и что делать.

— Ну а Бланк?

— Это вообще смешная история. Он иногда развлекал меня: возил в кабак поужинать или в театр, но все так вежливо. И вот когда мы были в одном центровом валютном кабаке, я там в уборной встретила знакомую девку со старшего курса. Она на год раньше закончила театральный. «Привет, — говорит, — ты чего, под Бланка подписалась? Смотри, прокрутит динамо». Я, конечно, спросила, о каком бланке речь, а она смеется: «Бланк — это фамилия твоего кавалера. Зяма Бланк. Он уже не одну нашу девчонку так наколол. И тебя без бабок бросит, когда заматросит. Учти!..» — Тамара тяжело вздохнула, потом продолжила свой рассказ: — Ну, я взяла ее телефон и потом позвонила из автомата. Они меня несколько недель натаскивали, но каждый шаг контролировать не могли, вот я и улучила момент: думаю, вы про меня все хотите знать, а я про вас ничего?! Знакомая, наверное, решила, что я тоже пошла по дорожке проституции, и дала мне телефон Зиновия и еще раз предупредила, что он гад и обычно не платит. А потом появился ты. Я каждый день одевалась, как Полина, и выходила. Может быть, они издали наблюдали за нами?

«Наверняка, — подумал Серов. — И, боюсь, не только наблюдали, а фотографировали или снимали на видео, чтобы иметь документ: вот Полина Горелова, а с ней рядом подполковник Серов, ее возможный очередной или бывший любовник. Она отвергла его ради помощника Президента, и Серов убил ее, как до того убил стукача и его приятеля. Что для такого человека чужая жизнь?»