Читаем Гитлер и его бог полностью

«Куда идут ваши войска, о дети Вотана?Под вашей поступью земля дрожит от страха,Пламя смерти смеется в ваших глазах».«Мы видели знак Тора, молот нового творения,Семя крови в земле, кровавый цветок в небесах.Мы идем превратить землю в ад и назвать ее раем.Бичом семи страданий поразили мы сердце человечества;Матерь Божья истекает кровью в свете нашего черно-золотого восхода».«Я слышу крик разрушающегося мира, о дети Вотана».«Вини извергающийся вулкан, ругай горящую нефть!Страдание – пища, дающая нам силу,Пытка – блаженство, пробирающее нас до нутра.Мы безжалостны, мы могучи, мы радостны,Боги содрогаются от нашего нечеловеческого смеха.В нас – закаленные сердца героев, на нас – пояс Ориона;Наша воля облачена в молнии, а дела наши – львиные когти.Нам нравится творимая нами боль, как мужчине – поцелуй женщины».«Видели ли вы свою судьбу на весах Бога, о дети Вотана,И хвост дракона, взбивающий пену далеких морей?»«Мы смеемся над Богом,Мы заткнули рот священникам, бормочущим у его алтаря.Вождь наш владеет судьбой, он медиум ее тайн.Мы уничтожили ум, а мысль задушили удавкой;Жалость и честь мертвы, лишь сила владеет природой.Мы строим новый порядок; в наших бомбах – вопли мира Вотана.Мы – это копья судьбы, мы дети Вотана,Мы – это люди-титаны, сверхлюди, мечта мудреца.Помесь хищника, демона с божеством мощи и воли,Мы рождены в свете заката человечества, и мы шествуем в ночь.По телам исчезающих наций, среди воплей наступающего катаклизма,Под взрывы бомб и снарядов, под пение пикирующих бомбардировщиков,Освещенные погребальным костром истины,Мы идем к сатанинскому веку»362.

17. Мир, висящий на волоске

История чаще всего умалчивает о тех событиях, которые, хотя и происходили по ту сторону занавеса, в действительности имели решающее значение. Она отмечает лишь эпизоды видимого действа, разворачивающегося на сцене.

Шри Ауробиндо

Когда Шри Ауробиндо начал писать «Арью» в 1914 году, основные черты его мировоззрения были ему ясны – но на реализацию поставленных задач уйдет вся его жизнь и вся жизнь Матери. Если предположить, что оформление его зрелых идей началось около 1890 года, то окажется, период развития его мировоззрения совпадает по времени с десятилетиями больших перемен и больших надежд в Западной Европе.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Мохнатый бог
Мохнатый бог

Книга «Мохнатый бог» посвящена зверю, который не меньше, чем двуглавый орёл, может претендовать на право помещаться на гербе России, — бурому медведю. Во всём мире наша страна ассоциируется именно с медведем, будь то карикатуры, аллегорические образы или кодовые названия. Медведь для России значит больше, чем для «старой доброй Англии» плющ или дуб, для Испании — вепрь, и вообще любой другой геральдический образ Европы.Автор книги — Михаил Кречмар, кандидат биологических наук, исследователь и путешественник, член Международной ассоциации по изучению и охране медведей — изучал бурых медведей более 20 лет — на Колыме, Чукотке, Аляске и в Уссурийском крае. Но науки в этой книге нет — или почти нет. А есть своеобразная «медвежья энциклопедия», в которой живым литературным языком рассказано, кто такие бурые медведи, где они живут, сколько медведей в мире, как убивают их люди и как медведи убивают людей.А также — какое место занимали медведи в истории России и мира, как и почему вера в Медведя стала первым культом первобытного человечества, почему сказки с медведями так популярны у народов мира и можно ли убить медведя из пистолета… И в каждом из этих разделов автор находит для читателя нечто не известное прежде широкой публике.Есть здесь и глава, посвящённая печально известной практике охоты на медведя с вертолёта, — и здесь для читателя выясняется очень много неизвестного, касающегося «игр» власть имущих.Но все эти забавные, поучительные или просто любопытные истории при чтении превращаются в одну — историю взаимоотношений Человека Разумного и Бурого Медведя.Для широкого крута читателей.

Михаил Арсеньевич Кречмар

Публицистика / Приключения / Природа и животные / Прочая научная литература / Образование и наука
Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика
Опровержение
Опровержение

Почему сочинения Владимира Мединского издаются огромными тиражами и рекламируются с невиданным размахом? За что его прозвали «соловьем путинского агитпропа», «кремлевским Геббельсом» и «Виктором Суворовым наоборот»? Объясняется ли успех его трилогии «Мифы о России» и бестселлера «Война. Мифы СССР» талантом автора — или административным ресурсом «партии власти»?Справедливы ли обвинения в незнании истории и передергивании фактов, беззастенчивых манипуляциях, «шулерстве» и «промывании мозгов»? Оспаривая методы Мединского, эта книга не просто ловит автора на многочисленных ошибках и подтасовках, но на примере его сочинений показывает, во что вырождаются благие намерения, как история подменяется пропагандой, а патриотизм — «расшибанием лба» из общеизвестной пословицы.

Андрей Михайлович Буровский , Вадим Викторович Долгов , Коллектив авторов , Юрий Аркадьевич Нерсесов , Сергей Кремлёв , Юрий Нерсесов , Андрей Раев

Публицистика / Документальное