Читаем Гитаговинда полностью

Как уже говорилось (см. «Метрика „Гитаговинды“»), размеры вставных строф (кроме arya), как правило, основаны здесь на строго определенном чередовании постоянного количества долгих и кратких слогов в рамках каждой четверти стиха (pâda); размеры âryâ и всех песен — на таком чередовании, которое допускает определенные вариации в количестве и порядке соответствующих слогов (кроме песни VII); вариации эти ограничены заданной для каждой из песен длительностью стопы (4, 5 или 7 единиц). Из этих особенностей санскритского стиха (отчасти сближающих его с античным) явствует, что перевод его «размером подлинника» средствами русского стихосложения невозможен. Поэтому, хотя смене размеров отдельных строф и песен оригинала мы пытались последовательно ставить в соответствие чередование в размерах перевода, сами эти размеры по неизбежности представляют собой условную передачу. Вместе с тем выбор последних не вполне произволен и в той или иной степени мотивирован метрикой оригинала. По поводу этой мотивированности можно отметить следующее:

А. При переводе вставных строф мы, как правило, следовали принципам, принятым нами при переводе стихотворных вставок «Панчатантры»[134], использующих все размеры вставных строф «Гитаговинды». Во всех случаях (кроме arya, см. ниже) сохранено количество слогов и соблюдается цезура (кроме факультативной в размерах upendravajra, vamsastha, drutavilambita), обозначаемая здесь интервалом. Там, где это представлялось возможным, сделана попытка передать долгий слог подлинника посредством ударного слога в переводе (например, в puspitägra, vamsastha, drutavilambita vasantatilakâ, prthvi, harini). В переводе, как и в подлиннике, строфы эти лишены рифмы (за исключением внутренней рифмы в трех из четырех строф ârya — 6.1; 7.2; 9.1, — которую мы пытались передать). Принятые здесь условные размеры — следующие [в 1—2 размерах приведены соответствия полустишию; далее — четверти стиха (pâda)]:

[пропущено]

Б. При переводе песен сохраняется количество строф и частей строфы, неизменность рефрена (за исключением вариаций в I и II) и принцип рифмовки а—b и с—d. В частности, посильно учтены внутренние рифмы в VI, X, XI, XV, XIX, равно как и разного рода созвучия. При этом отдельные повторы, объединяющие конечные рифмы в ряде песен — напр., -ат, -е (см. Предисловие), не воспроизводятся. Соблюдено и отсутствие рифм в отдельных рефренах (ср. I, II, VII, XIII, XV). В XXI.8 соблюден размер b. Мы пытались, по возможности, не злоупотреблять грамматически однородной рифмой (как уже говорилось, повсеместно здесь преобладающей), имея в виду, что соответствующий прием в рамках традиционной Индийской и современной русской поэтики эстетически отнюдь не равноценен.

Стремясь сохранить во всех случаях (кроме X) число стоп, мы вместе с тем сочли целесообразным выдерживать каждую песнь в количественно и ритмически однородной стопе, учитывая в отдельных случаях преобладающий вариант стоп данной песни. Соответственным образом четырехдольные стопы представлены в переводе дактилем (—UU в I, II, VI, VIII, IX, XX и XXII), амфибрахием (U—U в XII и XXIII), анапестом (UU—. в V, в предположительно 4-х дольных стопах X, в XV и XXIV), хореической диподией — по преимуществу одноударной, с преобладающим типом 3-го пэона (—U—U в IV, XI, XIV и XVI) и ямбической диподией — соответственно с преобладанием 2-го пэона (U—U— в III и XVI). Вид 5-дольных стоп — диподии: дактилически-хореическая (—UU—U в XIII) и ямбически-анапестическая (U—UU— в XIX и XXI). Наконец, 7-дольной стопе соответствует сочетание хореической диподии (как правило, одноударной — типа 1-го или 3-го пэона) с дактилем (—U—U—UU в VII). В нескольких случаях, как правило, в связи с внутренней рифмой допускается усечение отдельных стоп в середине части (усеченный дактиль в VI, усеченная хореическая диподия в XI и др.). Вот соответствующие схемы (факультативные ударения заключены в скобки):

[пропущено]

* * *

Пояснения к реалиям и собственным именам (как правило, сохраненным здесь без изменения) см. в соответствующих комментариях.

ГИТАГОВИНДА

(стихотворный перевод)

Часть первая

РАДОСТНЫЙ ДАМОДАРА

Перейти на страницу:

Все книги серии Памятники письменности Востока

Самгук саги Т.1. Летописи Силла
Самгук саги Т.1. Летописи Силла

Настоящий том содержит первую часть научного комментированного перевода на русский язык самого раннего из сохранившихся корейских памятников — летописного свода «Исторические записи трех государств» («Самкук саги» / «Самгук саги», 1145 г.), созданного основоположником корейской историографии Ким Бусиком. Памятник охватывает почти тысячелетний период истории Кореи (с I в. до н.э. до IX в.). В первом томе русского издания опубликованы «Летописи Силла» (12 книг), «Послание Ким Бусика вану при подношении Исторических записей трех государств», статья М. Н. Пака «Летописи Силла и вопросы социально-экономической истории Кореи», комментарии, приложения и факсимиле текста на ханмуне, ныне хранящегося в Рукописном отделе Санкт-Петербургского филиала Института востоковедения РАН (М, 1959). Второй том, в который включены «Летописи Когурё», «Летописи Пэкче» и «Хронологические таблицы», был издан в 1995 г. Готовится к печати завершающий том («Описания» и «Биографии»).Публикацией этого тома в 1959 г. открылась научная серия «Памятники литературы народов Востока», впоследствии известная в востоковедческом мире как «Памятники письменности Востока».(Файл без таблиц и оригинального текста)

Ким Бусик

Древневосточная литература
Самгук саги Т.2. Летописи Когурё. Летописи Пэкче
Самгук саги Т.2. Летописи Когурё. Летописи Пэкче

Предлагаемая читателю работа является продолжением публикации самого раннего из сохранившихся памятников корейской историографии — Самгук саги (Самкук саги, «Исторические записи трех государств»), составленного и изданного в 1145 г. придворным историографом государства Коре Ким Бусиком. После выхода в свет в 1959 г. первого тома русского издания этого памятника в серии «Памятники литературы народов Востока» прошло уже тридцать лет — период, который был отмечен значительным ростом научных исследований советских ученых в области корееведения вообще и истории Кореи раннего периода в особенности. Появились не только такие обобщающие труды, как двухтомная коллективная «История Кореи», но и специальные монографии и исследования, посвященные важным проблемам ранней истории Кореи — вопросам этногенеза и этнической истории корейского народа (Р.Ш. Джарылгасиновой и Ю.В. Ионовой), роли археологических источников для понимания древнейшей и древней истории Кореи (академика А.П. Окладникова, Ю.М. Бутина, М.В. Воробьева и др.), проблемам мифологии и духовной культуры ранней Кореи (Л.Р. Концевича, М.И. Никитиной и А.Ф. Троцевич), а также истории искусства (О.Н. Глухаревой) и т.д. Хотелось бы думать, что начало публикации на русском языке основного письменного источника по ранней истории Кореи — Самгук саги Ким Бусика — в какой-то степени способствовало возникновению интереса и внимания к проблемам истории Кореи этого периода.(Файл без таблиц и оригинального текста)

Ким Бусик

Древневосточная литература

Похожие книги

Шицзин
Шицзин

«Книга песен и гимнов» («Шицзин») является древнейшим поэтическим памятником китайского народа, оказавшим огромное влияние на развитие китайской классической поэзии.Полный перевод «Книги песен» на русский язык публикуется впервые. Поэтический перевод «Книги песен» сделан советским китаеведом А. А. Штукиным, посвятившим работе над памятником многие годы. А. А. Штукин стремился дать читателям научно обоснованный, текстуально точный художественный перевод. Переводчик критически подошел к китайской комментаторской традиции, окружившей «Книгу песен» многочисленными наслоениями философско-этического характера, а также подверг критическому анализу работу европейских исследователей и переводчиков этого памятника.Вместе с тем по состоянию здоровья переводчику не удалось полностью учесть последние работы китайских литературоведов — исследователей «Книги песен». В ряде случев А. А. Штукин придерживается традиционного комментаторского понимания текста, в то время как китайские литературоведы дают новые толкования тех или иных мест памятника.Поэтическая редакция текста «Книги песен» сделана А. Е. Адалис. Послесловие написано доктором филологических наук.Н. Т. Федоренко. Комментарий составлен А. А. Штукиным. Редакция комментария сделана В. А. Кривцовым.

Поэзия / Древневосточная литература